Ничего не изменилось, дрова по-прежнему весело трещали в нем, а парочка мраморных догов со скучающим видом лежали рядом с огнем и равнодушно смотрели на хозяина.
Судя по тому, что он видел, его кабинет уже давно должен был прогреться, но какого черта здесь было так холодно? Кто-нибудь может ему это объяснить? Но не было никого, кто мог бы это сделать. Ни одного человека, и этот факт просто выводил князя из себя."
"Почему ему никто не сказал об этом в тот момент, когда он подыскивал себе замок для долгосрочной аренды несколько лет назад? Ладно бы это была одна из спален, которых в этом замке десятки, или еще какая-нибудь ненужная комната, но кабинет, в который он влюбился с первого взгляда…
Да он, можно сказать, вообще арендовал этот замок из-за этого кабинета, а тут такая неожиданность… Что он только не делал, но эта небольшая комнатка просто не прогревалась и все тут.
Скотство какое-то.
Логически он понимал, что всему виной башенка, в которой находилось это помещение. Она очень романтично смотрелась снаружи… Одинокая, гордая… В ней так хорошо думать и принимать сложные и важные решения.
В тишине и покое…
Вот только изнутри все это выглядело не так эффектно. Все было гораздо прозаичнее.
Решения и в самом деле принимались сложные и важные, вот только думалось не так уж и хорошо. Скорее превозмогая неудобства и дискомфорт.
Но несмотря ни на что, князь все равно упорно работал именно здесь, в своем кабинете. В окружении собак и в удалении от остальных домочадцев.
Хотя бы по той простой причине, что здесь он чувствовал себя в безопасности. Как ворона на шесте.
Он посмотрел на часы — без десяти минут девять по среднеевропейскому времени. Через десять минут у них встреча по видеосвязи с Лопухиным и Ахматовым. Самый удобный вариант.
Встречаться лично слишком опасно, занимает очень много времени, да и нет сейчас в этом никакой острой необходимости — все можно обсудить по видеосвязи.
Во всяком случае, такой была для всех троих официальная точка зрения, на самом деле все понимали, что истинная причина совсем в другом и носила липкое, неприятное название — страх.
Вот так-то.
Как это не прискорбно и не унизительно для него, но это нужно признать — Рейтер боялся лишний раз выходить из своего замка. Впрочем, не он один. Все остальные были ненамного смелее, так что, чего уж тут…
Конечно, в разговоре между собой они пытались не показывать своих страхов, но каждый раз это им удавалось все сложнее и сложнее.
