А мне его такого потрясенного даже жалко стало. Зачерпнула ложкой побольше рагу, сунула в приоткрытый рот и сказала:
— На, поешь, болезный. Сил наберись, а потом вставай уже и начинай наконец даму обслуживать. Я, между прочим, вина хочу, а мне его еще никто не налил. И кстати, это по твоей милости не наливают — слуги-то от тебя сбежали!
Лорд прожевал и проглотил мною милостиво пожертвованное, сел ровнее, побарабанил бледными пальцами по столу, а после — жалобный взгляд на меня и печальное:
— Не умею.
— Чего не умеешь? — вылавливая из рагу понравившийся кусок мяса поинтересовалась я.
Злющий лорд Эйн прошипел:
— Я не умею сервировать стол, Виэль. Нас этому не учат. Я даже не знаю, где здесь находятся столовые принадлежности, нужные мне приборы, фарфор приемлемый для столь поздней трапезы, салфетки нужного цвета и…
— Эй, эй, эй! — У меня чуть аппетит не пропал от всего этого. — Какой сервировать стол? Какие салфетки и фарфоры? Молча встал, взял первую попавшуюся миску глиняную, ложку подходящую нашел, рагу зачерпнул и сурово принялся за еду.
В конце концов, представь, что ты на войне и в походных условиях, соответственно, не до сервировки. И вообще будь мужиком — есть проблема, реши проблему и не выпендривайся.
С этими словами я очаровательно улыбнулась и уже собиралась продолжить есть, как этот… лорд молча встал, протянул руку, отобрал мою глиняную миску, после мою ложку, водрузил это все перед собой, придвинул хлеб, взял не ломоть, а всю оставшуюся нерезанной буханку, сел и… начал есть!
Оторопев от подобной наглости, я просипела:
— Это что вообще такое?
— На войне, так на войне, — уплетая мое рагу, ответствовал лорд Эйн.
А затем еще и добавил: — Ты сказала: «Молча встал, взял первую попавшуюся миску глиняную», я так и сделал.
У меня от такого дар речи пропал и челюсть отвисла. А этот:
— На, поешь, болезная, — и ложку с рагу мне в рот впихнул.
Чуть не подавилась. Закашлялась, снежный же, торопливо наворачивая, осведомился:
— По спинке постучать?
— Благодарю, не стоит.
Он кивнул и продолжил есть. Наглый такой, красные глазенки победно поблескивают, челюсти быстро-быстро работают, улыбка нет-нет да пробивается. И вот как тут стерпеть? Не стерпела.
— Так, значит, на войне ты мародерством промышляешь?
Есть перестал. Так и сидит, ложка с рагу на полпути ко рту зависла, мясной сок с нее капает прямо на стол. Глаза такие злые стали.
![Обложка книги Афера [СИ]](/uploads/posts/images/5/afera-si.jpg)
