Пошла взяла катану, подошла к шефу и хотела разрезать рукав рубашки, как вдруг:
— Дай мне, — раздалось тихое.
Я даже не знаю, как я это услышала. Прозвучало практически порывом ветра. Но я подчинилась, не особо задумываясь, просто вложила в его хорошо растертую и пахнущую спиртом ладонь рукоять катаны, а он неожиданно крепко сжал.
И следующим было:
— Беги отсюда…
Я рванула быстрее ветра. Отперла дверь, выскочила в коридор, заперла двери и услышала:
— Ты в безопасности?
— Да, шеф, — сжимая ключ и отступая, пробормотала в ответ.
Случившееся дальше мне описать сложно. Для начала сверкнул разряд молнии, да такой, что у меня волосы встали дыбом, затем громыхнул гром, но еще до того, как он стих, раздался вой ветра. И все, что было за решеткой, в краткий миг превратилось в обломки, щепки и осколки, которые, смешавшись со снегом, закружились в смерче, каковой образовался в моей тюрьме. Затем по стенам пошли трещины… Ходуном заходил весь замок, а я… я увидела бутылку вина, которая выкатилась в самом начале буйства запертой стихии, молча взяла ее, кое-как пригладила вздыбившиеся волосы, села под стеночкой и, откупорив вино, сделала глоток.
Стихия бушевала, сверкнули еще два разряда молнии — мои волосы окончательно встали дыбом.
Отметила это еще одним глотком.
Все гремело часа два. К концу бури я была облеплена снегом, прическа моя оставляла желать лучшего, бутылка вина подошла к концу, я сидела в сугробе, и мне почему-то даже не было особо холодно… видимо из-за вина.
А потом все взяло и стихло.
Я попыталась сделать еще глоток вина, но из бутылки уже ничего не лилось. А напротив меня, за решеткой, на ледяном кресле, будто соткавшемся из холодного воздуха, сидел лорд Эйн, соединив пальцы рук и пристально глядя на своего секретаря. Очень пристально и явно осуждая мое пьянство. На коленях у шефа лежала катана… но теперь она была вся бриллиантовая, словно из одного кристалла сотворенная, и только рукоять и по самому клинку, ну, по тупой его части, — кромка железа.
Необычно очень, но красиво. А вот шеф, он красивым не был, он стал такой, как прежде, разве что до пояса обнаженный, и потому был отчетливо виден шрам на груди и стежки, ну, где я шефа зашивала. Стежки, кстати, теперь надо распарывать и нитку вынимать.
— Я — сэльд, — неожиданно произнес шеф.
— Поздравляю, — промямлила я, заваливаясь в сугроб.
Все, мои нервы сдали, я не спала столько времени и, кажется, напилась.
![Обложка книги Афера [СИ]](/uploads/posts/images/5/afera-si.jpg)
