Поэтому все, кто осеняет себя знаком креста или носит на себе этот символ смерти Спасителя, – пособники сатаны. Они, богомилы, верят в истинного Христа, презирают чуждые празднества и иконы, а крест существует только для того, чтобы его уничтожить!
С этими словами он выхватил у кого-то из приспешников факел и поднес к осмоленному основанию креста.
Тот занялся легко, от перекладин повалил густой дым. Вокруг, торжествуя, приплясывали и ликовали богомилы. Малфриду кто-то обнял, но она вырвалась и стала отступать, все еще не сводя глаз с горящего креста.
Она видела уничтожаемый символ христианства! Невероятно!.."
"Ведьма засмеялась – сперва тихо, потом все громче, веселее, неистовее. Ибо ее переполняли торжество… и сила! По венам тугой волной катилась мощь чародейства, наполняя каждый уголок тела. Это невозможно было сдержать. Волосы ее взлетели и заплясали подобно темному пламени, глаза вспыхнули, губы стали огненно-алыми, обнажились клыки. Кожа на руках зашуршала от чешуи, прорезались когти… Еще миг – и она превратилась бы в чудовище, в монстра, но раздавшиеся вокруг крики отвлекли ее внимание.
Малфрида опустилась на выпирающий из скалистой стены уступ и теперь сидела на корточках, озираясь, словно хищная птица, волосы ее вихрились, зрачки стали узкими, как у змеи. Кровь ее бурлила, а из оскаленного рта вырывалось змеиное шипение.
– Это чудовище! – закричал кто-то. – Она ведьма!
Теперь богомилы смотрели только на нее, их лица были искажены ужасом.
Но с каждой минутой в них все больше проступали ненависть и отвращение.
– Убить эту тварь! – выкрикнул Живодан, и толпа вмиг всколыхнулась, раздались яростные крики.
Но Малфрида больше не была беспомощной бродяжкой. Достаточно было выставить вперед руку – и Перван, надвигавшийся на нее с дубиной, был отброшен невидимой силой, опрокинув тех, кто стоял за ним. Послышались испуганные возгласы, женский плач.
Малфрида захохотала. Потом схватила чей-то посох и провела черту в пыли под ногами.
– Первый, кто переступит ее, обратится в пепел!
Ее голос был полон угрозы, облик пугал. Оцепеневшие богомилы попятились, на их лицах застыл страх, но сзади напирали другие, вопили, распаляя себя. Их было так много, а ведьма совсем одна.
И тут в голову Малфриды угодил камень. Она и не заметила, как Андония забралась на выступ над ней и оттуда, сверху, запустила в нее обломок известняка. Удар был такой силы, что Малфрида не устояла на ногах.
