Больше всего в жизни мне хотелось привлечь внимание Рула, заставить хоть что-нибудь почувствовать – что угодно, кроме безразличия.
– Ты можешь сделать так, чтобы этот день рождения стал лучшим в моей жизни…
Я старалась говорить уверенно, страстно и соблазнительно, но, скорее всего, получилось развязно и похотливо. Впрочем, меня это не смущало. Я, настоящая я, была здесь, с ним – та Шоу, которая страстно мечтала о Руле. И загнать ее обратно в клетку… нет, исключено.
Я не думала, не рассуждала – просто ухватилась за него, чтобы подтянуться еще выше и решительно поцеловать в губы.
Колечко на губе у Рула оказалось удивительно холодным, ну а все остальное – горячим и твердым. Я ни о чем другом не мечтала, и, пусть даже Рул не ответил на мой поцелуй, все-таки решила, что это – лучший день рождения в моей жизни. Я опустилась с цыпочек на пятки, и вдруг что-то сдвинулось, что-то изменилось, и из безучастного зрителя Рул превратился в нечто совсем иное.
Глава 5
Шоу напилась – по-настоящему напилась.
А еще она была одета в стиле ретро. Плюс сапоги, от которых у меня всегда слюнки текли. Я всю неделю ворчал и злился – это заметили друзья, клиенты, та девочка, с которой я встречался вечером в субботу. Я сам не понимал, в чем дело. Поначалу решил, что злюсь из-за Рома – почему брат не сказал матери прямо, чтоб она угомонилась и привела в порядок нервы? Я хотел, чтобы он провел время со мной и развлекся, прежде чем уехать обратно, но Ром, казалось, никак не мог расстаться с надеждой воссоединить нашу распавшуюся семью, а я не желал ссориться с братом, героем войны, блин.
Я подумал, наверное, просто надо с кем-нибудь переспать, но блондиночка, которую я провожал домой в субботу, начала бесить меня еще в машине, на обратном пути. Когда мы к ней приехали, меньше всего я хотел видеть ее голой, поэтому просто взял и свалил. Воскресенье пришло и прошло, а настроение не улучшилось. Парни предлагали пойти в «Линию ворот», намекая, что, возможно, моральная порка от той ледяной красотки поднимет мне адреналин, но я отказался и целый день провел за компом.
Я понятия не имел, в чем проблема, но теперь, держа Шоу в объятиях, стал догадываться.
Я несколько дней не мог выбросить из головы ее образ и покрытую рюшками задницу. Назовите меня дураком и шовинистической свиньей, но отчего-то, увидев Шоу, такую сексуальную и едва одетую, я стал смотреть на нее совсем иначе. Как будто мы заново познакомились.
