Сердце увенчивал терновник, сзади поднимались языки пламени, внизу лежали розы, а в середине я изобразил свиток со своим именем.
– Вот мое сердце, Шоу. У тебя в руках. И я клянусь, что ты – первый и единственный человек, который к нему прикасается. Оно нежнее, чем я думал. И если ты попытаешься его вернуть, я не возьму. Я слишком мало знаю о любви, чтобы с точностью сказать, что такое между нами происходит, но я понимаю, что для меня отныне и навсегда есть ты и только ты. Могу только обещать, что буду осторожен и не стану больше тебя отталкивать.
Если что, я проживу и один, конечно, но, будь у меня выбор, я бы предпочел провести свою жизнь рядом с тобой. И я приложу все усилия, которые для этого потребуются. Шоу, я больше не боюсь.
Закончив, я совсем выдохся, но с груди словно свалилась огромная тяжесть. Даже если бы Шоу сказала «нет», она, по крайней мере, знала теперь, как я к ней отношусь. Я выпустил ее руку, и она согнула пальцы. Подняв взгляд, я слегка удивился, когда увидел слезы в изумрудных глубинах.
Шоу коснулась другой рукой моей щеки, провела пальцем по нижней губе, потрогала колечко, слегка улыбнулась, и я вдруг понял, что все будет хорошо.
– Я сегодня собиралась к тебе на вечеринку в честь дня рождения.
Мы стояли близко друг к другу, но не вплотную. Я не мог отвести глаз от Шоу. Она положила руку мне на грудь, в том самом месте, где было вытатуировано сердце, такое же, какое я нарисовал ей.
– Я был бы очень рад.
Шоу улыбнулась чуть веселее.
– Я просто решила, что хватит уже гадать, как обернутся события – надо просто дать им случиться.
Ты отстранился, Рул, но только потому что я сама тебя отпустила. Я так волновалась из-за того, что ты делал и что будет дальше… А когда ты захотел вернуться, я испугалась, потому что одной мне было плохо, и я не хотела пережить то же самое еще раз. Это было нечестно по отношению к нам обоим. Но я тоже больше не боюсь. Обещаю, что больше не разрешу себя оттолкнуть. Я правда нуждаюсь в тебе, Рул, и ты – единственный, о ком я когда-либо мечтала.
Я должна была крепче держаться за тебя, потому что ты прав: нужно обращаться осторожней с этой штукой, – Шоу похлопала ладонью, с нарисованным на ней сердцем, по моей груди. – Ты сделал мне драгоценный подарок, самый лучший, о котором я только могла мечтать.
Я крепко обнял ее и приподнял, страстно желая поцеловать Шоу, сделать все то, о чем я так скучал, поделиться своими чувствами, чтобы она забыла грубые руки Дейвенпорта.
