Она перевела дух, и я увидел, как поднялась и опустилась ее грудь. Шоу с чем-то боролась – с чем-то очень серьезным, судя по румянцу на щеках и сжавшимся в кулаки пальцам.
– У Реми была своя тайна. Я знаю, вы, парни, любили и уважали друг друга, ничего не скрывали, но Реми отличался от вас, он просто не знал, как сказать. Думал – наверное, для всех будет лучше, если внушить вам, что мы пара. Из-за того, как Дейл и Марго наседали на Рула. А тот ведь всего-навсего делал татуировки и безумные прически.
Она повернулась ко мне, и я увидел, что у Шоу на глазах слезы, а нижняя губа дрожит.
Я так хотел обнять ее и успокоить, но даже в шоковом состоянии понимал, что вот-вот моя жизнь изменится навсегда.
– Я обещала ему… я стольким обязана Реми. Я поклялась, что никому не скажу, – Шоу обвела нас взглядом. – Но он предпочел бы видеть свою семью дружной и крепкой, нежели сохранить секрет любой ценой.
Она сделала глубокий вдох.
– Реми был гей. Мы дружили, он заменил мне брата… но он был гомосексуалист. Он любил парня по имени Орландо Фредерик, с которым познакомился в последнем классе.
Из-за него Реми и переехал в Денвер после школы. Орландо тоже учится в Денверском университете.
Меня затрясло. Ром громко выругался, мама зарыдала. Шоу грустно взглянула на меня, а я пялился на нее так, словно видел впервые.
– Исключено. Он бы сказал.
Шоу покачала головой, так что светлые и черные пряди вперемешку рассыпались по плечам.
– Он хотел, но боялся, что ты не поймешь его. Проблема была не в твоей возможной реакции… он знал, что это убьет Марго.
– Блин, мы же братья. Он бы мне обязательно сказал!
– Рул…
Я с яростью отодвинулся от стола.
– Ты врешь.
Ром тоже встал и устремил на Шоу суровый взгляд.
– Не стоит сочинять небылицы о покойных, Шоу, чтобы облегчить жизнь Рулу. Это глупо и ненужно."
"По ее лицу потекли слезы. Она перевела взгляд с него на меня, открыла рот, чтобы что-то сказать, но тут отец постучал ложечкой по своему бокалу.
– Так, а теперь все сели и замолчали.
Он сердито взглянул на мать и указал на стул, с которого та поднялась. У Марго был такой вид, словно она собиралась упасть в обморок. Необходимость сидеть рядом с Шоу явно доставляла матери не больше радости, чем встреча со мной во время прошлого визита. Я неохотно сел, но Ром, как ни странно, упорствовал. Он маячил над столом, пока отец не сверкнул глазами.
– Сядь, солдат!
Шоу плакала рядом, но мне хотелось не утешать ее, а убраться отсюда подальше и поскорее.
