За кого же тебя сватать, ума не приложу!
– Не за кого, – взъелась Катерина. – Я сюда отдыхать приехала, а не мужа искать.
– Одно другому никогда еще не мешало, – мудро заметила Анюта. – Одинокая женщина, если она психически здоровая, всегда ищет себе надежу и опору. А мужем он придется или другом, это уж не мое дело. Нет вот у тебя опоры, тонешь, а спасти некому!
– Я сама себя привыкла спасать, – бросила подруге Катерина, перекинула полотенце и принялась карабкаться по бугру.
Анюта оказалась права, в жизни Катерины не было места романтическим встречам.
Работа, Ульяна, дом, а там готовка из полуфабрикатов, помощь с уроками, уборка… Так и крутилась несколько лет без остановки. Безусловно, на себя она внимание обращала, в салоны красоты ходила, изредка, но ходила же. Театры посещала, филармонию очень любила. Только познакомиться там было совершенно не с кем, мужчины в филармонии обычно спали на плечах у своих жен. Катерина знакомиться и не старалась, не ставила себе такой цели.
Романы случались как-то сами собой.
С новым начальником, – так, ничего серьезного, легкий флирт до тех пор, пока к ним не пришла новая секретарша. Девица решила флиртом не ограничиваться и избавилась от соперницы. Пришлось Катерине искать другое место работы, ей повезло, она устроилась в художественный музей. Но и там знакомиться было не с кем, мужчины обычно приходили в музей уже либо с подругами, либо с женами. Катерина была смотрителем в зале импрессионистов, а туда вообще из холостяков мало кто заглядывал.
Флирт с начальником она больше себе не позволяла, даже самый безобидный.
А ее сотрудники все сплошь были женского пола. Правда, одна из них попыталась познакомить Катерину со своим сыном, они сходили один раз на свидание, после чего решили, что не подходят друг другу, и расстались ни друзьями, ни врагами. Так, никем.
На улице Катерина не знакомилась принципиально, а у ее подруг друзья были все неадекватные настолько, что связываться с ними не имело смысла. Среди дальних родственников все давно переженились, развелись и переженились по второму, а некоторые и по третьему разу.
Оставалось дать объявления в газету или принять участие в телепередаче «Для тех, кто хочет». Катерина не хотела. Объявлений не давала, участия не принимала, жила, как живется, и надеялась на чудо. Она серьезно верила, что в жизни каждой женщины есть место сказке. По-другому было нельзя, не верить было нельзя, рядом с ней подрастала дочь, которая вместе с Катериной верила в сказки. И в принцев.
