Шэрен повернула голову и кинула взгляд на двух парней, вольготно устроившихся в черной машине с открытым верхом. Блондин и брюнет, оба в темных очках и футболках, больше ей рассмотреть не удалось, но, судя по всему, мысли действительно материальны. Парни не стали долго засиживаться в автомобиле, а, сопроводив свой выход взрывами смеха, облокотились об полированный корпус.
— Пойдем к ним, — оживленно проговорила Трейси, схватив Шэрен за руку.
— С ума сошла?! — пытаясь вырвать локоть, прошипела она. — Ты их видела?!
Шэрен снова посмотрела на парней.
Сколько им лет, она не знала, но интуиция подсказывала — явно за двадцать! А по взглядам, которые они бросали на проходивших мимо девушек, было видно, что музеи их интересовали в последнюю очередь.
— Мы просто спросим, как добраться, если не до музея, то хотя бы до нашей гостиницы. — Трейси расправила плечи, взбила пушистые темные волосы и потащила Шэрен прямиком к припаркованной машине, абсолютно наплевав на правила перехода через проезжую часть.
Чем ближе они подходили, тем отчетливей Шэрен понимала: затея идиотская.
Брюнет успел снять очки и смотрел на двух приближавшихся к ним девчонок с чувством вселенского превосходства. Что было на уме у второго оставалось загадкой. Его глаза оставались спрятаны за темными стеклами, но поза была расслабленной или даже скучающей.
— Bonjour**! — проворковала Трейси и толкнула в бок подругу.
— Привет, — тихо буркнула Шэрен.
— Salut. Qu'est-ce que vous voulez, les jeunes filles***? — вежливо ответил брюнет.
Девушки переглянулись, и Шэрен взмахнула рукой, ожидая от Трейси перевода.
— Как думаешь, что он сказал? — схватившись за мобильник, тихо спросила она. Но ответа не получила, потому что блондин рассмеялся в голос и, наконец-то, снял очки.
— Он поинтересовался, — на отличном английском заговорил незнакомец, — чем мы обязаны вниманию столь юных леди. — Он перевел фразу друга и улыбнулся обаятельной мальчишеской улыбкой.
Трейси просияла, а вот Шэрен глаза отвела. Когда она пыталась приукрасить действительность или откровенно соврать, бабушка говорила, что в ее глазах отражаются все до единой мысли.
А допустить, чтобы их прочел кто-либо из присутствующих, она не могла. Потому что думала Шэрен о самых потрясающих глазах — прозрачных, голубых, искрящихся весельем и наполненных чем-то, что не поддавалось определению, но ничего похожего во взгляде одноклассников точно не было.
— Американки? — спросил предмет ее раздумий. Трейси энергично кивнула.
