Обоюдное желание обладать и отдаваться. Только сейчас понимаю, что с любимым мужчиной всё иначе: острее, глубже, эмоциональнее. Он как никто другой чувствует, проникает, слышит.
Оргазм накрывает после серии фрикций, унося в забытье. Часто пульсирую, сжимая мужской член и чувствуя, что Илья и сам на грани. Хрипит мне в шею и шепчет что-то неразборчивое, а затем срывается следом и гасит стон на моих губах. Замираем, сплетённые телами, прислушиваясь к дыханию друг друга.
Илья опускается рядом, прижимая к своему телу и зарываясь носом в мои волосы, шумно дышит.
Нежусь в его руках, качаюсь на волнах угасающего удовольствия и желаю продолжения, которое он обязательно мне подарит ночью.
Тихо и спокойно. Настолько хорошо, что весь мир за окном не нужен, потому что я вся сосредоточена лишь на Илье, который водит подушечками пальцев по спине, разгоняя взбесившиеся мурашки.
– Там тебе мама звонила. Я трубку взял.
– Мама… – Меня ошпаривает мыслью, что я не вернулась домой и не предупредила родителей. Подскакиваю на постели, но мужская рука укладывает меня обратно.
– Всё в порядке. Сказал, что ты со мной. Только не понял, почему я банкрот? – Вересов сосредоточенно ждёт от меня ответа.
Ой, как неловко…
– Мне же нужно было придумать причину, по которой я резко покинула компанию и вернулась домой.
– Маме объяснил, что ты немного не так поняла, поэтому сегодня возвращаешься со мной в Питер.
– Но…
– Даш, снова «но»? Выяснили же всё.
– Так, – всё же сажусь на кровати, закрываясь одеялом, которое Илья срывает, разглядывая обнажённое тело, – но не так.
Прилетим в Питер, а дальше?
– Едем ко мне и наслаждаемся друг другом. Что не так?
– А как же этапы отношений: свидания, возможность узнать друг друга, присмотреться, увидеть каждую выбоину?
– Узнавай, – пожимает плечами и укладывается на спину. – В одной постели со мной.
– То есть вот так? Всё сразу? А если не получится? Если через месяц-два ты осознаешь, что ошибся и прости-прощай, Даша?
Вересов хватает меня за руку, тянет на себя и фиксирует в объятиях.
– Дашенька, я бы и рад пойти тебе на уступки, играя в прекрасного Ромео, который совершает романтичные и безрассудные поступки ради любимой, но через неделю должен быть в Перми и заниматься открытием нового филиала. Распоряжение отца. Я могу полететь один и каждый вечер томно вздыхать в трубку, рассказывая, как по тебе соскучился. – Меня окатывает волной паники, когда слова Ильи обрисовывают ситуацию, при которой я могу расстаться с ним надолго.
