Баллард лишь улыбнулся в ответ:
— Да, не из приятных. Она напомнила мне тех леди, за которыми я, бывало, наблюдал в Эдинбурге. Я мог часами стоять на самой оживленной улице города и просто наблюдать за людьми, но особый интерес у меня вызывали состоятельные дамы.
— Они выглядят очень живописно, когда одеты в свои лучшие наряды, — согласилась Кловер.
— Да, вероятно. Наша семья арендовала землю в Северном нагорье, но хозяин решил разводить там овец, и нас буквально выгнали из тех мест, к которым мы уже привыкли. В те времена, к несчастью, это было обычным делом.
Поэтому мы отправились в Эдинбург, надеясь обосноваться в городе. Но в городе нас ожидали серьезные испытания. Семья оказалась на грани нищеты. И это было очень страшно.
— Что вы имеете в виду?
— Понимаешь, нищета — это не только отсутствие денег, это мучительный и унизительный образ жизни. Окруженные грязью и насилием, мы должны были бороться за каждый кусок хлеба, за любую возможность заработать хоть фартинг. Еще будучи мальчишкой, я понял, что лишь немногие способны вырваться из этого страшного болота и добиться успеха.
— Судя по всему, вам это удалось, — прошептала она, тронутая историей маленького шотландского мальчика.
— Да, я оказался одним из счастливчиков. Наблюдая за дорогими экипажами и их пассажирами, за гладко выбритыми и отлично одетыми джентльменами, за белокожими дамами в великолепных нарядах, от которых пахло чистотой и тончайшими духами, я по-детски представлял их чуть ли не ангелами, сошедшими на грешную землю.
Тем более что все эти леди, находясь почти рядом, были невероятно недосягаемыми и соблазнительно прекрасными.
— Но они не соответствовали вашим представлениям?
— Ты права. Однажды возле меня остановился экипаж, и из него вышла дама, увидев которую, я просто онемел от изумления. Застыв, я вслушивался в шорох ее шелкового платья, вдыхал аромат ее духов и был потрясен ее красотой… Словно околдованный этим видением, я потянулся к ней и даже успел коснуться мягкого шелка ее платья, однако страшный удар сбил меня с ног и отбросил в дорожную грязь.
Джентльмен, сопровождавший даму, ударил меня так сильно, что я почти потерял сознание. Мне пришлось вынести еще как минимум дюжину пинков, прежде чем я смог скрыться от этих начищенных сапог, проскользнув под колесами экипажа. Так что есть черта, которую нельзя пересекать. Это правило действует даже здесь, в Новом Свете. Хотя в отличие от Англии в Америке ты можешь подняться наверх, если у тебя есть капитал.
