Они развесили белье, потом он, вылив воду, повесил корыто на стену и проводил Кловер в дом. Она поспешила в комнату матери, чтобы взять книгу «Альманах Бедного Ричарда». Это было гораздо более сложное чтение, чем книжки близнецов, но Баллард уже одолел эти маленькие книжечки, а более подходящего чтения у нее не было. Когда она, сев за стол, положила альманах перед собой, глаза Балларда удивленно раскрылись.
— Боюсь, нам придется сразу перейти к этому — ничего другого у меня нет. Книга не такая уж сложная, — успокоила она его.
Он пересел на скамью рядом с ней.
— Честно говоря, я не уверен, что справлюсь с этим.
Он начал листать альманах и нахмурился.
— Конечно, справишься, книжки моих братьев ты уже знаешь наизусть.
— Что ж, давай попробуем. Только в нашем распоряжении всего один час. Я не хочу, чтобы меня увидели в роли школяра, спотыкающегося на незнакомых словах.
Кловер сидела тихо, мягко поправляя мужа, когда он задерживался на каком-нибудь сложном слове. А большего и не требовалось, поскольку Баллард быстро выучил буквы и научился читать слова.
Он продирался через скучный, неинтересный текст, описывающий сбор урожая, а она тем временем размышляла о том, чему ей еще предстоит научиться и как скромны пока еще ее успехи.
Ей по-прежнему не хватало умения приготовить еду самостоятельно. Несложно было скрести полы и столы, но ее мышцы протестовали против такой тяжелой работы. У мальчишек дела шли гораздо лучше. Они легко и с удовольствием приспосабливались к другой жизни, и ей очень хотелось разделить с ними эту радость приобщения к новой форме бытия.
Все убеждали ее, что с каждым днем она справляется со своей домашней работой все лучше и лучше, но Кловер не склонна была верить этому. Ей искренне нравилась Молли, но бывали дни, когда ее раздражали наставления этой женщины, потому что на ее фоне она сама далеко не всегда выглядела сведущей и умелой.
Баллард, обнял жену за талию и усадил ее к себе на колени.
— Не думаю, что эта поза облегчит тебе чтение, — сказала она, обвивая руками его шею.
Он улыбнулся и поцеловал ее в самый кончик носа.
— Ты умеешь разговаривать как маленькая принцесса, не так ли? И ты меня не слушала.
— Ох, извини, пожалуйста, я задумалась и отвлеклась. Моя помощь тебе почти не нужна. Думаю, теперь мы уже можем ограничиться небольшой практикой в чтении, а затем перейти к письму. Время, которое тебе удается выкроить для занятий, слишком ценно, чтобы тратить его на то, что ты уже освоил.
