Осталась лишь белая пустота. Будто мы оказались на краю земли.
— Садись! — приказал Федя.
Я тут же плюхнулась на санки.
— Только держись крепче, — предупредил Федя, потянув за веревку.
Когда санки быстро заскользили по снегу, у меня захватило дух. От неизвестных ранее чувств хотелось громко кричать. А обнаружив на пустыре самодельную горку, мы с Федей оба пришли в неописуемый детский восторг. Катались на санях, крепко обнявшись. Мокрые с ног до головы, но очень счастливые.
Мы провели на этом пустыре весь день. Снегопад прекратился, и на улице начало быстро смеркаться.
Теперь далеко впереди можно было рассмотреть дорогу с редко мигающими огоньками машин.
Мы лежали в сугробе рядом с перевернувшимися санями и молчали. Я запрокинула голову и принялась разглядывать первые дрожащие звезды на ясном небе. Федя не сводил с меня взгляда и улыбался. Мне было так спокойно. Впервые за долгое время. В порыве чувств я обняла Федю за шею и прижалась к его холодной щеке. Шепнула на ухо:
— Мне очень хорошо. Спасибо.
Федя в ответ коснулся ладонью моей щеки, провел пальцем по подбородку. От сладкого предвкушения во мне все задрожало. И хотя это было ожидаемо, когда Федя коснулся губами моих губ и принялся неспешно и уверенно целовать, внутри все оборвалось.
Между нашими поцелуями я спросила без всякого сожаления:
— Зачем ты это сделал? Я же просила…
— Хотел, чтобы тебе стало еще лучше. Получилось?
Я рассмеялась ему в губы:
— Еще как получилось.
— Ты замерзла?
Я неопределенно кивнула.
— А мне стало жарко, — усмехнулся Федя.
Пока мы целовались, он даже стянул с головы шапку. Тогда я тут же запустила пальцы в его жесткие волосы.
— Ладно, пошли. Переоденешься, перекусим, а потом я тебя отвезу домой. В твой дворец.
В свой дворец мне очень не хотелось, но я все-таки первой выбралась из сугроба. Так и не отряхнувшись от снега, мы побрели в сторону серой пятиэтажки. На улице было уже совсем темно. Вокруг полыхали фонари.
— Федя, у нас было всего лишь одно правило — не целоваться. И мы его нарушили.
— Разве правила придуманы не для этого? — удивился Федя. — Здорово, что это еще не все, что мы в будущем можем нарушить. Если ты понимаешь, о чем я.
Последнюю фразу Федя с жаром шепнул мне на ухо. Я тут же пихнула его локтем и счастливо рассмеялась:
— Какой же ты все-таки!..
Федя засмеялся в ответ и, обняв меня, поцеловал в висок.
— Брось, Агния. Если бы ты сама этого не хотела, ты бы больше не приходила ко мне, — негромко сказал он.
Я обняла его в ответ.
