— А я не его соседка. Я, если честно, вообще не понимаю, как здесь оказалась вечером в пятницу. В другом конце города…
Федя вошел на кухню, и его тут же схватила за локоть какая-то девушка. Не отпуская, зашептала что-то на ухо. Федя склонил голову и, слушая ее, заметил нас с Женей. Тогда я обратилась к своему новому знакомому:
— А вы давно дружите с Федей?
— С первого класса.
— Вот как. И всегда он был таким самовлюбленным?
Женя рассмеялся.
— Может, не будем говорить о нем, а поговорим о нас с тобой? — Женя низко наклонялся к уху.
А рукой как бы невзначай коснулся моего колена.
Я снова посмотрела на Федю. Теперь он точно не сводил с нас взгляда.
— О нас так о нас, — согласилась я. — Ты не мог бы немного подвинуться? Слишком близко ко мне сидишь.
Женя кисло улыбнулся, но просьбу мою выполнил. Тогда Федя подошел к подоконнику и бесцеремонно уселся между нами. Теперь мы были как кильки в банке, но близкое присутствие Феди не раздражало. Наоборот, было приятно чувствовать его крепкое плечо. Женя хмыкнул и закурил.
Мы молча слушали спор незнакомых мне ребят за кухонным столом. Вытяжка монотонно гудела.
— Ты бы не курил при девушке, — сказал Федя, внезапно пихнув Женю локтем под ребра.
— Понял тебя, старик, — снова усмехнулся Женя. Затушил окурок о пепельницу и слез с подоконника. Пошел вразвалочку к той самой девчонке, которая несколько минут назад шептала что-то Феде на ухо.
— Что за повод? — обратилась я к Феде, имея в виду вечеринку.
— Пятница, — ответил парень. — Мы простой рабочий класс, отдыхаем.
Этот его «простой рабочий класс» показался мне издевкой. Тут же вспомнился наш разговор о «камердинере» и «мажордоме». Кем он меня считает? Избалованной кисейной барышней? Хотя, возможно, в чем-то он и прав. Благодаря отчиму и его «бабкам» я ни в чем себе с малых лет не отказывала. Хотя здесь, наверное, стоит сказать спасибо маме, которая раскручивала своего второго мужа на все наши «хотелки».
Я вспомнила, как Федя рассказывал о том, как он не поступил в универ своей мечты.
Может, теперь он занимается нелюбимым делом? Или считает, что мне поступление дастся так же легко, как на экономический? Ведь тогда отчим оплатил мою учебу…
— Я сама поступлю, — сказала я.
Федя удивленно посмотрел на меня.
— Я знаю, что поступишь. Я видел твои работы.
Стало приятно. И немного стыдно. Я ведь с чего-то вдруг решила, что Федя на меня злится. Вечно всех во всем подозреваю.
— Поступишь, если отнесешься к этому серьезно, — продолжил парень.
