Двое молодых людей, одного из которых Вулф окрестил про себя модником, а другого – весельчаком, со скучающим видом отправились восвояси следом за каретой.
Третий уходить не торопился. У него был какой-то скорбный вид. Не столько из-за формы лица – непропорционально длинного, сколько из-за отсутствующего выражения и какого-то потерянного взгляда. Такие «рыцари печального образа» любят искать вдохновение в вине или в опиуме, но находят, как правило, совсем не то, что ищут.
Этот третий, задрав голову, долго с тоской глядел на окна.
Едва ли парня связывает с хозяйкой дома одна лишь дружба. Вулф улыбнулся. Вот этот ему подойдет. По-своему привлекательный, если вам по душе меланхолики, и, похоже, неисправимый романтик. Слепой бы не заметил, что бедняга безнадежно влюблен.
Чтобы начать претворять планы в жизнь, Вулф для начала должен был протрезветь, что потребовало определенного времени. По завещанию Пикеринга деньги достанутся той, кто сумеет стать герцогиней.
Дейдре уже сделала главное – вышла замуж за наследника герцогского титула. Или ей так казалось. На деле же, если этот брак будет расторгнут, до того как преставится герцог Брукмор, Дейдре не получит ничего. И ее деньги останутся в трастовом фонде. К чему, собственно, и надо стремиться. Чтобы брак признали недействительным, жена должна так оскандалиться, что мужу просто ничего не останется, кроме как…
От Брукхейвена уже сбегала жена. А потом невеста. Почему бы такому несчастью не случиться с ним в третий раз?
Между тем влюбленный страдалец побрел прочь от дома любимой.
Вулф пошел следом. Дорога до места назначения отняла у бедняги неоправданно много времени. Все потому, что незадачливый влюбленный то и дело останавливался и вздыхал. Видит Бог, он страдал не на шутку!
Наконец, несчастный свернул в переулок, в котором располагался клуб для джентльменов. Не самый элитный, но вполне приличный. Вулф прибавил шагу и догнал своего подопечного как раз в тот момент, когда швейцар открыл дверь перед членом клуба.
– Добрый вечер, мистер Баскин, – с поклоном поприветствовал гостя швейцар.
Вот повезло!
– Баскин! – окликнул бедолагу Вулф. – Можно вас на пару слов?
Тот обернулся.
– Разве мы знакомы, сэр? – в недоумении спросил он.
Вулф изобразил трогательную смесь огорчения и участия.
– Я думал, что она, возможно, говорила обо мне. Ну, пусть всего лишь вскользь упомянула.
