А когда на его телефон прилетело сообщение и высветилось улыбающееся лицо Гели, но без очков, и он, пояснив:
– Жена. Извини! – и, взяв телефон, бросился ей отвечать, то Макс завис. Марат строчил сообщения, а Макс сидел и ничего не понимал. А переведя ошарашенный взгляд на Гелю, увидел, как она улыбается.
– Мы с Риной близнецы! – не выдержала и всё-таки рассмеялась Геля, – подожди, я сейчас! – и ушла в комнату.
Она появилась на кухне через несколько минут и положила перед ним альбом.
– Вот, смотри!"
"Вот кто б ему сказал, что ему будет интересно рассматривать чьи-то детские фото, да он бы первый рассмеялся! Но ему было интересно.
Арина и Ангелина были похожи, как две капли воды.
– Марат – слабослышащий. Рина потеряла слух в семь лет. Она говорит лучше, но это потому, что мама много с ней занималась и смогла сохранить ей речь.
– То есть, они не родились такими? – зачем-то уточнил, как последний кретин, Макс.
– Нет. Они оба потеряли слух из-за врачебной ошибки, – пояснила Геля спокойно, – поэтому Марк у них родился нормальным.
У его родителей это не врожденное, а приобретенное.
– Ясно. Прости, я не хотел обидеть.
– Да все нормально. Мы уже привыкли. Ты вот спокойно все воспринял, а кто-то шарахается, как от прокаженных.
– С чего бы?
– Ну, люди всякого себе придумывают! – нехотя ответила Геля и, явно уходя от темы, или намекая, что ему уже пора и честь знать, спросила:
– Чай или кофе?
– Кофе. Очень крепкий, без сахара.
– Тебе молотый? Или растворимОЕ? – пошутила Геля в ответ.
– Что? – Макс рассмеялся, – молотый, конечно. А хочешь, я по своему, фирменному, рецепту сварю?
– Марат, ты будешь кофе по фирменному рецепту Макса?
– Чтоо? Ты позволишь мужчине хозяйничать на своей кухне? – в самом вопросе уже был ответ. Ясно. Нет у Гели никого. А вот почему, кстати?
– Уже позволила! – Макс повернулся к Марату и произнес это, улыбаясь, – так, Геля, мне нужен кофе и крутой кипяток!
Макс колдовал с кофе, взбивая пенку и молясь про себя, чтобы у него всё получилось.
Руки тряслись, кровь бурлила, норовя прилить к одному конкретному органу, а виной всему была близость Гели на этой ее тесной кухоньке.
Кофе у Макса получился отменным, всё, как он любил, и крепость, и пенка, и удивление хозяев. А когда из холодильника Геля вытащила торт ""Наполеон"" собственного приготовления, то Макс окончательно понял, что влюбился.
Марат, видя его удивление, только улыбался. Прощаясь, они обменялись с ним номерами телефонов.
