Ключи давай сюда, и поехали уже строить капитализм! – хохотнул Арсений и протянул руку за ключами от автомобиля.
– Сеня, ну, поехали тогда на моей машине хоть, что ли…
– Оспидя! Да легко! Вперед, мой командир! – хохотнул Арсений и шагнул из номера первым. И ладно бы просто шагнул, так ведь он еще решил и подурачиться. В тот момент, когда они проходили мимо стойки администратора, Сеня состроил виноватую мину на лице и залепетал:
– Ну, мышка моя, ну, не сердись. Тебе это вредно. Ну, прости меня, дурака! Я же только тебя люблю! Обещаю, ты ее рядом со мной больше не увидишь.
Ольга, услышав это, сначала удивленно на него посмотрела, а потом, увидев лицо девушки за стойкой, включилась в игру, сказав нарочито громко:
– Конечно, не увижу! Ни ее, ни какую другую! Потому что лицо я им расцарапаю так, что замучаются восстанавливать былую красоту! Ты меня знаешь, я могу! – и Ольга прибавила шаг, боясь того, что рассмеется.
– Ох, Быков, ну, ведь взрослый же уже мужик, солидный бизнесмен.
А все шутки шутишь! – расхохоталась Ольга уже сидя в машине."
"– Зато эта звезда за стойкой теперь будет знать, что ко мне опасно подходить. Веришь, проходу не дает! – пояснил Арсений свое поведение, устраиваясь за рулем Ольгиного автомобиля и настраивая сиденье и зеркала под свой рост, – и спасибо, Оль, что подыграла мне.
– Сеня, скажи, а что это за татуировка у тебя такая странная набита на груди? Что там написано? – задала Ольга вопрос, когда они уже ехали к ее магазину.
– И все то она разглядела.
Глазастая! Много будешь знать, скоро состаришься! – отшутился Сеня, не ответив, впрочем, на вопрос Ольги.
Пока ехали до магазина Ольги, у Сени разрывался телефон. За рулем он не отвечал на вызов и даже не смотрел на телефон. Но Ольга была уверена, что Сеня точно знает, кто ему названивает. И только припарковав автомобиль, он вытащил телефон из кармана со словами:
– Да кто ж это так по мне соскучился то? – а увидев номер звонившего, расхохотался и повернув телефон к Ольге, произнес:
– Вот! Видела? Имя видишь? А сколько звонков она сделала, тоже видишь?
– А ты, значит, вот так сразу ее и записал к себе в телефон, да, Сеня? И не просто записал, а еще и мелодию ей присвоил, да?
– Страшная ты женщина, Оля! Страшная, потому что умная.
Но за это я тебя и люблю! – сказано это было подозрительно серьезно, впрочем, Сеня не был бы собой, если бы он не добавил:
– Ну, так я тебе сразу сказал, что Марго мне понравилась.
