— Ты не собираешься подождать и…
— Ты прекрасно знаешь, как народ отреагирует, увидев, что она разговаривает с кем-то вроде меня.
Билли рассвирепел. Он терпеть не мог, когда Кольт вот так занимался самоуничижением.
— Возможно, она научит их судить о человеке по достоинству!
Кольт и не подумал отвечать. Развернув коня, он поскакал к гостинице. А Билли остался стоять, глядя на самую красивую рыжеволосую женщину, какую ему доводилось когда-либо видеть. Она остановилась посреди улицы и глядела вслед Кольту.
На лице у нее было написано такое горькое разочарование, что Билли захотелось дать своему единокровному братцу хорошего пинка. Не то чтобы он посмел это сделать, но ему очень хотелось.
Ну и чего он добился своим бегством? Все равно те, кто на нее смотрит — а смотрят на нее буквально все, — видели, на кого смотрела она и с кем собиралась поговорить. Явно не с Билли, поскольку, как только Кольт ускакал, элегантная рыжеволосая леди развернулась и, перекинувшись несколькими словами с одним из своих охранников, села обратно в карету и поехала дальше.
Глава 8
В поисках Бабетты Ванесса открыла дверь в коридор и обнаружила ее болтающей с мистером Сиднеем, одним из двух лакеев, постоянно соперничавших между собой за право пользоваться ее вниманием.
— Иди сюда, девочка, — нетерпеливо позвала горничную Ванесса, бросив на Сиднея недовольный взгляд, который заставил лакея немедленно ретироваться. — Я сумела уговорить ее прилечь с холодным компрессом на лбу, но она все равно не успокоится до тех пор, пока не услышит, что узнал Алонсо.
Тебе ведь известно, что он узнал?
— Ну конечно, — ухмыльнулась Бабетта, и ее искусно завитые кудри весело запрыгали, когда она быстро вошла в номер герцогини. — Алонсо выяснил, куда направился американец, но вот сколько он там еще пробудет… — Горничная пожала плечами.
— Ну, лишь бы он пробыл достаточно для того, чтобы она успела осуществить задуманное. Хоть я и понятия не имею, что именно она хочет.
Ведь, по ее собственным словам, от службы он отказался. — Нахмурившись, Ванесса посмотрела на закрытую дверь спальни герцогини. — Вообще-то, если хорошенько подумать, ей вовсе незачем встречаться с ним еще раз. В последний раз она так рыдала, когда умер герцог.
— Ничего удивительного, после того, что сегодня произошло…
— Да знаю, знаю, — отмахнулась Ванесса, все еще не в силах поверить, что в устроенной засаде никто из них серьезно не пострадал.