Говорит, у него спина болит, так что он ни двигаться, ни сидеть, ни стоять не может и нога огнем горит. Пришлось его сюда на носилках нести.
- Что это с ним? Он чем-то болен? Или притворяется?
Отшатнувшись в сторону, оба законника с брезгливостью и опаской смотрели на кричащего от боли пирата.
- Это заразно? Я бы посоветовал вам ли Галладжер, не тянуть время, если вы не желаете распространения мора на своих землях и всех пиратов немедленно повесить, после чего, как можно быстрее, во избежание распространения заразы, все тела спалить.
Тем более, что их все равно ждет смертная казнь. Поэтому неважно, произойдет она сейчас, или на несколько недель позже.
Несмотря на то, что это бандит, смотреть на его страдания было неприятно и тяжело. Но и убивать всех из-за одного, непонятно чем заболевшего, я не собирался. В любом случае, мне необходимо было понять, что с ним, чтобы обезопасить остальных. Вот только Аноры здесь не было. Оставался Ник, или как там девушку звать на самом деле. Но приведу ее я сам.
Когда эти уберутся отсюда.
- Закрывай.
Отдав приказ своему человеку, я вышел из камеры и, повернувшись к законникам, с вызовом бросил им.
- Я воин, а не палач. И убиваю только в бою вооруженного противника, а не безоружного старика. Хотите, сами их казните. Тем более, что это по профилю вашей работы. А если нет, то предлагаю вернуться к себе и отдохнуть, или можете посетить другие камеры. Выбирайте на ваше усмотрение.
То, что законники выберут отдых, меня не удивило. Комнаты их расположены далеко от моих покоев, почти в противоположной стороне замка, да еще и на другом этаже.
А это значит, что столкнуться с девушкой, когда я буду с ней спускаться в подвал, они не должны. Вот и замечательно.
53
Закончив реветь и саму себя жалеть, я перевернулась на спину, уставившись ничего не видящим взглядом в потолок. И что мне теперь делать? Если бы не ошейник, я бы попыталась сбежать. А так и не уйти далеко и даже не спрятаться. Остается один выход – бороться, и за свою свободу, и независимость.
Во-первых, надо будет сразу Брогану сказать, что замуж я ни за кого не пойду, а во-вторых, помнится, он мне обещал снять парфорс. Ну так пусть снимает. Я даже согласна на позорное изгнание из феода за обман и вранье. Ничего, не пропаду. У меня же вон, уже и деньги есть. Целый золотой. И что-то мне подсказывает, что по местным меркам это не так и мало. А там, чуть что, по дороге смогу оказывать услуги лекаря. Если не за звонкую монету, то за еду.
