И именно поэтому, никогда не разъединяю семьи, не отбираю детей у матерей, а тем женщинам, которые остались одни, подбираю мужей, которые смогли бы стать им опорой и защитой. Одной женщине выжить сложно, если не сказать, что невозможно. Особенно с ребенком на руках. Ведь ее любой может обидеть. Да и на кусок хлеба одинокой матери тяжело заработать, так как многие захотят воспользоваться ею беззащитностью, или ее ребенка.
Чувствуя ответственность за своих людей, я вместе с ними разбирал завалы, извлекая из-под обломков пострадавших, и что самое неприятное, погибших.
И каково же было мое удивление, когда увидел Ника, которые возится с получившими травмы и увечья. Сначала я было подумал, что он оказывает им первую помощь. Кровь там останавливает, возможно, раны бинтует, но стоило мне присмотреться и я отчетливо осознал, что нет. Он вправляет кости, зашивает раны и еще что-то странное накладывает на руки и ноги.
Я прошел несколько военных кампаний, благодаря чему имею представление о работе лекарей.
Да и в академии нас лечили именно они. Ведь там обучались дети феодов и маги. Ну так вот, я никогда не видел ранее ничего подобного. Хотя нет, как-то мне пришлось один раз наблюдать за работой целителя. Он тоже вот так водил руками, заставляя кости и суставы вставать на место. Но у Ника не было магической силы. Я бы ее почувствовал. Разве что совсем минимум. Но тогда он не смог бы исцелить такое количество народа. При этом парень действовал уверенно и умело. Сразу видно, что не первый раз сталкивается с подобными случаями.
Это что же выходит, парень из семьи лекарей? Явно же видно, что познания у него глубокие. А ведь он еще совсем молод. Значит, учился всему этому с пеленок. Но как же тогда его легенда по поводу того, что он потерял память? В последнем я не сомневался. Ихон присматривал за ним и подтвердил слова мальчишки. Ник действительно многого не понимал и не знал из того, что мы используем в обиходе, даже не задумываясь над этим. Что же тогда? Неужели к парню вернулась память, когда людям потребовалась помощь? Все может быть.
В течение нескольких часов я с подозрением следил за мальчишкой. Видно было, что он уже устал, но все равно продолжал работать на грани своих сил, оказывая помощь даже в том случае, если ситуация казалась безнадежной. Это вызывало уважение. И ведь люди к нему потянулись. Я видел надежду появившуюся во взглядах тех, кто считал, что теперь на всю жизнь останется калекой.
