— Тот факт, что сегодня я покинула отель без зонта, означает, что я была так отвлечена другими вещами — хорошими вещами, — что я даже не подумала спланировать наперед, что может быть такая поганая погода! Я даже не думаю, что проверяла ее сегодня!
Я не уверена, что Лукас оценил грандиозный характер рассуждения, но он ухмыльнулся и притянул меня ближе, поцеловав, как будто ему никогда не будет достаточно, как будто ничего другое в мире не имеет значения. Ни люди, которые странно на нас смотрели, когда бежали под навес.
Ни дождь, который намочил наши волосы и одежду и стекал по нашим лицам. Ни тот факт, что мы встретились только два дня назад и всего один провели вместе.
Или, может, значение имело только последняя причина."
"Он целовал меня, пока мы ждали поезд в метро, он обнял меня сзади, его мягкие губы прижались к моей шеи. Он целовал меня в поезде, в котором было так много народу, что наши промокшие тела были прижаты вместе, наши рты настолько близко, будто мы не могли сопротивляться тому, чтобы слить их воедино.
Он страстно целовал меня на лестничной клетке своего дома, схватив меня, когда я пыталась быстрее бежать по ступенькам и прижав меня к стене между вторым и третьим этажом; влага с моих волос стекала на его руки.
— Ты вся мокрая. Ты нравишься мне такая, — сказал он, в то время как прокладывал дорожку из поцелуев по моему горлу.
Мы оба задыхались, руки касались друг друга, наша промокшая одежда была слишком тяжелой на наших телах.
— Я мокрая везде, — прошептала я.
Со стоном он оторвал свой рот от меня и потянул меня вверх по последнему лестничному пролету так быстро, что мои ноги едва касались ступенек. У нас заняло всего десять секунд, чтобы открыть и распахнуть дверь его квартиры, но они казались вечностью, и в мгновение, когда мы были внутри, я бросила свою сумку, он захлопнул дверь, и мы набросились друг на друга как дикие волки.
Языки и зубы сошлись в схватке, мы сорвали каждый лоскуток одежды друг с друга, вихрь из четырех рук, неистового дыхания и бешеного стука сердец глумился над бурей, бушующей снаружи.
Дождь стучал за окном, когда Лукас подтолкнул меня к двери. Опустившись на колени, он расставил мои ноги и погрузился в меня языком, подхватив меня руками под бедра. Ахнув, я запустила пальцы в его волосы, когда он неистово лизал меня, кружа языком по клитору, прежде чем полностью накрыть его своим ртом и с жадностью всосать.
