Он был сладким, но не слишком навязчивым, и я даже сняла свою одежду, чтобы натереть все тело, игнорируя внутренний голос, требующий узнать, почему так необходимо, чтобы внутренние стороны моих бедер пахли как розы и жасмин.
Так как я долго собиралась, я опоздала на десять минут. Бежав по коридору к лифту, я надеялась, что из-за меня мы не потеряем зарезервированный столик или что-то в этом роде. Я беспокойно стучала ногой по спускающейся машине, желая, чтобы он двигался быстрее. Иисус, Миа. Успокойся.
Но когда двери лифта открылись, и я увидела, как он ходит по вестибюлю, я не смогла сдержать улыбку и почувствовала невероятную легкость.
"
"Его волосы были причесаны, а щетина почти сбрита — может быть, не полностью, но почти. Без кудрей и усов я могла лучше оценить красоту черт его лица: то, как высечен его подбородок, выдающиеся скулы и изгибы рта. Он надел темные джинсы, чистую белую футболку и рубашку, и хотя я всегда была девушкой, которая любит костюмы и галстуки, от его вида мои внутренности затянулись узлом.
Самым лучшим был взгляд на его лице, когда он увидел меня: помесь удивления и восхищения.
— Я начал думать, что ты все-таки покинула город. — Он улыбнулся, прежде чем поцеловал меня в обе щеки.
— Извини, — сказала я, слегка запыхавшись. — Я уснула, когда вернулась.
— Хорошо. Вздремнуть — это замечательно. И теперь я могу держать тебя допоздна.
Это мое воображение или он сжал мою руку, когда сказал это? В любом случае, моя кровь нагрелась примерно на тысячу градусов, отправив горячий поток тепла к моему лону.
Мы доехали на метро до Латинского квартала и вошли в маленький итальянский ресторанчик «Марко Поло». Мы сели на открытом воздухе на террасе, но из-за высоких тепловых ламп и свеч на столе, свежий ночной воздух казался теплым и уютным.
— Извини, я даже не задумался, что может, ты бы хотела французскую кухню? — Лукас перегнулся через стол с озабоченным выражением на лице.
— Нет, совсем нет. Выглядит изумительно. И я даже могу в какой-то степени понять меню.
— Оно, конечно, было на французском, но в глаза бросались названия известных итальянских блюд.
— Здесь все вкусное. Это мой любимый ресторан в Париже.
— Правда? Что стоит заказать?
Он передал мне меню, и когда я не смогла выбрать между двумя блюдами, он заказал их оба и пообещал, что на тарелке может быть столько вкусов, сколько я хочу. Я выбрала бутылку вина, красное итальянское, и заставила его пообещать, что я смогу заплатить за него.
