Один встал и передвинулся на следующий стул, подальше от меня. — Ты не против этого?
— Дорогая, я, конечно, не против. Почему бы тебе не сказать мне, что ты хочешь выпить?
— Не используй это слово.
— Какое слово?
— Любовь, — проговорила я со злостью. (прим. пер. — В оригинале бармен обращается к ней словом Love, которое можно перевести как дорогая и в тоже время, это слово обозначает любовь)
— Извини, просто я еще не узнал твое имя.
— Я не это имею в виду. Мне все равно как ты назовешь меня, я просто не хочу еще больше слышать о любви сегодня или видеть ее, или чувствовать ее запах в воздухе, черт побери.
Он кивнул.
— Ха. Все так плохо?
— Да. Когда я вошла сюда, я делала именно это, убеждалась, что здесь нет никаких влюбленных парочек. В этом городе они, черт побери, везде. Ты даже не можешь пройти по улице, не увидев людей, виснущих друг на друге, целующихся, обнимающихся или чертовски счастливых. Это как преступление, пройти по улице одной.
— Здесь есть множество одиноких людей.
— Я их не видела.
Он пожал плечами.
— Ну, Париж — это романтическое место.
— Париж может поцеловать меня в задницу.
— Почему бы мне не купить тебе выпить, эмм...
— Миа.
— Я Лукас. — Он протянул руку через барную стойку, и я пожала ее. — Так, что бы тебе хотелось, Миа? — он улыбнулся и выкрикнул приветствие по-французски каким-то людям, вошедшим в бар позади меня.
— Билет на самолет до Детройта. Я хочу домой.
— Ну. Ничем не могу помочь, но я уверен, ты можешь улететь домой завтра. И так как это твоя последняя ночь в Париже, позволь мне наполнить твой бокал вином.
— Это моя первая ночь в Париже, — сказала я печально. — И последняя.
Его карие глаза расширились.
— В таком случае, вино за мой счет. Не уходи.
Перейдя на дальний конец бара, он достал с полки бутылку вина и наполнил бокал. Я наблюдала, как он делает несколько напитков, заказанных другими людьми, и заметила, что он говорит по-французски со всеми, кроме меня. Несмотря на то, что мое ухо никоим образом не было экспертом, он звучал как носитель языка.
И к тому же, он говорил по-английски с довольно хорошим американским акцентом. Должна признать, что испытывала небольшое чувство любопытства по поводу него.
Подперев подбородок рукой, я посмотрела на него более внимательно. Он не был высоким, его телосложение не было таким, как у Такера, но он был стройным и мускулистым. У него былая стройная талия и милая задница, хорошо подчеркнутая серыми брюками, которые были более обтягивающими, чем носил Такер.
