И без малейшего труда я мог попробовать тебя.
— Я хочу, чтобы ты прикасался ко мне. — Я потянулась к кромке своей майки и сняла ее через голову, и он опустил свой рот на мою грудь. Вытянув руки над головой, я выгнулась под ним, желая предложить ему каждый сантиметр моей кожи.
Он проложил дорожку из поцелуев к моему животу и стянул мое нижнее белье.
— Я должен использовать презерватив?
— Нет. — Я вытянула руку и притянула его к себе.
— Я хочу ощущать тебя. Без преград.
В это раз мы действовали медленно, смакуя каждый поцелуй, каждое прикосновение, каждое приглушенное слово и вдох.
Мы проводили руками и ртами по телу друг друга, сохраняя в памяти каждый изгиб плеча, бедра или шеи. Линии мышц и костей.
Наконец наши глаза вперились друг в друга, наши руки были сжаты над моими плечами, он скользил в меня и двигался глубже, неторопливыми ударами, пока я не начала задыхаться и дрожать, разрываясь между попытками сделать это спокойно или сказать ему трахнуть меня жестко и быстро, чтобы заставить меня кончить, чтобы заполнить меня.
Мой разум хотел замедлить время, пока мое тело хотело мчаться к освобождению.
На самом деле, не очень плохая проблема.
В конечном итоге мое тело выиграло, и я бесстыдно умоляла о том, чего хотела.
Он дал мне все.
К тому времени как мы оба были истощены, мягкий розовый свет просачивался через тонкие занавески. Я уснула на подушке, мокрой от слез, умоляя солнце не всходить.
#
На обратном пути в Париж мы с Лукасом почти не говорили. Я уснула в поезде, просыпаясь только раз или два, и видела, как Лукас смотрит в окно с серьезным выражением на лице.
Я знала, что он не хотел сегодня прощаться, но думаю, что он понимал, почему хотела я. В действительности, я подумывала позвонить Эрин и посмотреть, сможет ли ее мама помочь мне поменять мой билет, чтобы я могла улететь домой завтра. Оставаться здесь еще три дня и знать, что Лукас где-то рядом, будет очень трудно, я не доверяла себе, что смогу держаться от него подальше.
Несколько раз мне приходилось сжимать закрытые глаза, чтобы бороться со слезами, которые постоянно угрожали раскрыть меня.
Просто дождись, пока не окажешься в своем номере. Ты сможешь спрятаться от людей, открыть вино и есть булочки с шоколадом, пока не придет время уезжать. Или пока ты не лопнешь, что, скорее всего, произойдет в первую очередь.
Когда поезд прибыл на парижскую станцию, я поздравила себя, что вернулась в город, не сломавшись. Видишь? У тебя получилось.
