— Дядя! — Какую бы злость у меня ни вызывал этот человек, снова обращаюсь к нему! — Прости, что не слушала тебя порой. Но я же сделала всё, как ты велел. Ты хотел, чтобы я нравилась лорду Зариану, чтобы мы были вместе — и вот, смотри! Неужели ты берёшь слова назад? Как тогда мне слушаться тебя в будущем? Я не смогу больше тебе верить!
Дядя Ивы снова вскидывает брови. Растерянно трёт усы, смотрит по сторонам. Даже “мундиры” переглядываются — чувствуют, что договориться всё же можно?
Но потом…
Потом я замечаю разъярённый взгляд ревизора.
И как он вскидывает трость.
С каким-то изумлением смотрю, как та замирает в вытянутой руке мужчины. Понимаю, что это… и не просто трость, о нет.
Артефакт.
Громко щёлкает. Меня толкает вбок.
Всё случается одновременно: Зариан сметает меня, вспыхивает и лопается купол, мы оказываемся на земле. Кричат студенты и преподаватели. Сильное тело прижимает меня к траве, а потом пытается подхватить. Вокруг вспыхивает новый щит, взвивается стена пламени — но сквозь неё врываются три дракона и буквально сметают с меня жениха!
Все они падают поодаль, свиваясь в клубок.
Я замираю — когда понимаю, что видела на белой рубашке Зариана… алое.
Воздушный щит, который отражал магию сотни ловушек, оказался слишком медленным для местного аналога… ружья?
И я думаю об этом как-то поразительно отрешённо!
Что-то ещё притягивает внимание. Опускаю взгляд — и смотрю, как по моему рукаву тоже расползается кровь вокруг чёрной иглы… О чёрт.
Получается, это сонный яд? И действует он… быстро.
Даже очень. Казалось бы, всего пару раз я моргаю — а на третий уже хочется закрыть глаза и не открывать.
Ещё через несколько секунд я лежу в траве. С чувством глубокого умиротворения. И последнее, что слышу с тихим ужасом — звуки магии и сдавленный, затихающий рык жениха.
Глава 25
Я открываю глаза будто после долгого сна.
Некоторое время лежу, глядя в белёный потолок. Чувства приходят не сразу. Воспоминания — тем более.
Но когда приходят…
Резко сажусь, откидывая плотное одеяло!
— Госпожа! Ивонька! Как я рада, что вы очнулись!
От знакомого голоса рядом бросает в дрожь.
Во все глаза смотрю на Агату. Няню. А та подхватывает меня под плечи.
Первая ассоциация — весьма дурацкая, признаю. Я гадаю, не умерла ли снова и не попала ли… в какую-нибудь “отправную точку”. Туда же, куда и в предыдущий раз.
Потом резко перевожу взгляд на плечо, сдираю с него белоснежный рукав сорочки — и с облегчением вижу замазанную чем-то ранку.
