Но главное — здесь она хорошая студентка, уж получше меня. И как я узнаю дальше, с огнём у неё отношения вообще супер.
Она сердито прикладывает ладонь к плите, и та нагревается в считанные минуты.
Даже слишком сильно. Мне приходится отползти, слать импульсы с небольшого расстояния — но это ничего. Главное, что мы работаем. И работаем ещё.
— А охладить резко можешь?
В какой-то момент камень скрипит. Трещит — хотя внешне ничего не видно!
— Вот! — едва не ору я.
Переглядываемся. Блондинка переходит на воздух, долбит как молотком туда, куда я говорю.
Дальше уже всё идёт как-то поживее! Восторг всё равно мешается с усталостью. Мы занимаемся с камнем ещё битый час, сходя с ума от духоты. На пол сыпятся мелкие куски плиты, и ничего крупного.
А потом… потом под ударом блонди камень наконец прорезает трещина.
Шальная. Крупная. Я неверяще слежу, как она бежит от потолка до пола!
— Тихо! — Драконица дёргает меня за плечо и оттаскивает тогда, когда большой кусок двери просто вываливается в пещеру!
Да неужели?
Дыхание останавливается.
За куском — великолепная пустота!
Я тут же леплю шарик магии. Посылаю вперёд — и слежу за ним так, как не следила ни на одном экзамене. А он пролетает в дыру, ныряет дальше.
Блонди снова хватает меня за плечи. На губы ползёт дурная усмешка.
Дальше всё просто: мы растаскиваем дверь на куски, делаем дыру. В неё даже можно пролезть вдвоём.
Наконец чувствую, как становится легче дышать. Нет, воздух всё ещё спёртый, пахнет пылью и каменной крошкой — но всё равно словно кто-то форточку открыл.
В дыру я лезу первой! На всякий случай осторожно: руки светятся, капли магии плывут к потолку и стенам.
И выхватывают из тьмы очертания неожиданно большой пещеры.
— Стой, — внезапно снова хватает меня блонди.
Тоже запускает шар. У неё-то он быстрее и толще моих! Её магия пролетает над полом — и вдруг…
Что-то снова взрывается.
Нырнуть обратно я умудряюсь в основном благодаря не рассосавшемуся страху! Внешнюю пещеру озаряет свет. Что-то воет и стреляет.
Когда я выглядываю в дыру снова — шарик блонди парит над полом, больше не двигаясь.
Потому что пол — весь в слабо переливающихся рунах.
Ловушках.
Похлеще той, что нас поймала.
Зал смерти какой-то. Чёрт возьми.
Некоторое время я смотрю на всю эту жуть, не решаясь двинуться. Потом решаю, что умнее будет просто скрыться снова за стеной. Блонди просто гасит шар. В большой пещере опять становится темно.
Мы молчим с полминуты, не меньше.
