– А сейчас ты узнаешь, насколько они крутые! Вынесите Рите стул!
Рита смотрела на меня испуганными глазами. Я развела руками, давая понять, что сама ничего не знаю.
Ее усадили на стул. Ведущий ушел со сцены. Заиграла музыка, под которую обычно стриптизерши вьются вокруг шеста. На сцену вышел загорелый и накачанный парень в одних белых трусах и с бабочкой на шее. Ритка взвизгнула от удивления и рассмеялась, наконец поняв, в чем дело. Он подал ей руку, Ритка встала, парень начал крутиться возле нее. Романов стоял рядом со мной и поджимал губы от злости.
Цыпа тоже был недоволен, что его сестру обхаживает голый парень. Зато Ритка была счастлива: танцевала похлеще стриптизера, так извивалась – мама не горюй. Я думала, что она вот-вот начнет расстегивать пуговицы на своей рубашке.
– Это я ей заказала, – крикнула мне на ухо Алёнка.
– Отличный подарок! – Я показала ей класс.
После жаркого танца со стриптизером Ритка села за стол и залпом выпила бокал шампанского.
Затем начались танцы босиком по дивану.
А потом, неожиданно для меня, в нашей компании появилась Черняева. Ритка усадила ее на диван рядом с Алёной. Прямо напротив меня. Надо признать, выглядела она сногсшибательно: короткая кожаная юбка, в нее заправлена белая, почти прозрачная обтягивающая блузка, под которой было видно как ее белье, так и пирсинг в пупке, и под тонкой тканью просвечивала татуировка – птички, словно вылетающие из ее кружевного лифчика. Интересно, почему птички? Там самое место змее или же гиене.
Я едва заметно улыбнулась, разглядывая Черняеву.
Смирнов налил ей вино. Она поздравила Риту конвертом и, сев полубоком к Алёне, стала что-то шептать ей на ухо.
– Ты и ее пригласила? – спросила я у Риты.
– Нет, не приглашала. Алёнка спросила, можно ли ей с Соколом упасть к нам за стол. А мне не жалко. Ритка засунула конверт в сумку. – Деньги лишние, что ли? – засмеялась она.
– Она вроде без Сокола пришла?
– Они с Саней внизу. Курят.
Не успела Ритка договорить, как я увидела его.
Светлая рубашка светилась под ультрафиолетом, темные джинсы, волосы взъерошены, словно он только что снял мотоциклетный шлем, в руке держал пышную красную розу. Ритка вышла из-за стола и подошла к Соколу. Он протянул розу, положил руку на Риткину талию и что-то с улыбкой проговорил на ухо. Та заулыбалась. Затем чмокнула Сокола в щеку и пошла к столу, ставить розу в вазу, в которой стоял большой букет белых роз. Ритка сказала, что этот букет от Романова.
