– Что решили? Как нам теперь быть, как нам теперь жить?
– Да уж как-нибудь, – послышался из темноты хрипловатый голос, а к бокалу с коньяком потянулась изящная рука. – Спасибо, дружок.
– А чего ты во тьме, аки упырица? – хохотнул Демьян и включил стоящий рядом с креслом Мириам торшер.
Вспыхнул свет, на контрасте с недавней темнотой показавшийся Алексу неожиданно ярким. Он даже на мгновение прикрыл глаза, давая им недолгую передышку, а когда открыл, увидел Мириам, сидящую в кресле в позе максимально расслабленной и максимально эффектной.
Вот уж кому ничего не стоил переход от тьмы к свету и обратно.
– Прекрасно выглядишь, тетушка! – Демьян перехватил руку Мириам, в которой та сжимала бокал, и галантно поцеловал тонкое, почти полупрозрачное запястье.
За его спиной тут же послышалось возмущенное фырканье. Это отреагировали Акулина и Элена. Похоже, они умели «дружить» не только против Таис, но и против Мириам.
– А что это ты стал таким обходительным, Дёмочка? – спросила Акулина желчно.
– Решаешь, чью сторону принять?
– А чего мне решать, кузина? – Демьян развернулся с той же стремительностью, с какой до этого разворачивалась сама Акулина, но сделал это с куда большей элегантностью.
Он в принципе был одним из самых видных, одним из самых эффектных представителей клана. Молодой, красивый, блестяще образованный, азартный и хваткий до денег и славы. Семейная легенда гласила, что Демьян был копией Луки Демьяновича, хотя информации о боевой молодости Славинского-старшего не сохранилось ни в семейных архивах, ни в каких-либо других источниках.
Ни информации, ни старых фотографий. Алекс подозревал, что родоначальницей легенды являлась Таис, которая таким незатейливым и простодушным способом пыталась привлечь больше внимания Луки Демьяновича к своему дражайшему сыночку. Вполне вероятно, что и имя младенчику выбирала именно она.
С именами в семье была настоящая беда. По крайней мере, так считал Алекс, далекий от предрассудков и родовых традиций, современный и прогрессивный, несмотря на то, что и сам вырос под крылом всесильного Луки Славинского.
Имена новорожденным выбирались исключительно старорежимные и заковыристые. Акулина, Тихон, Герасим… Из стройного ряда носителей заковыристых имен выбивались лишь прибившиеся к семье дамы, но и у них имена были далеко не самые распространенные. Элена, Таис, Мириам…"
"Вообще, у этой странной традиции имелось вполне простое, хоть и не вполне логичное объяснение.
