— Я хочу видеть его, пожалуйста, — прошептала Санька, пристально глядя на доктора. — Я вас очень прошу…
— Почему вы плачете? Вам же нельзя волноваться, — изумился врач.
— Я хочу его видеть, Петр Владимирович, — упрямо всхлипнула Александра. — Пожалуйста…
— Уговорили, — улыбнулся он. — Сейчас поставим капельницу, а после я разрешу вам увидеться. Но пять минут, не больше…
— Ага, — кивнула Санька, вытирая слезы. — А можно до капельницы? Пожалуйста! Я умру без него… — снова всхлипнула Александра.
— У нас такие вещи не поощряются, — пробурчал доктор.
— Уколы вам поставим, и я его приведу. На пять минут. В порядке исключения, — вздохнул он, а про себя подумал, что хуже нет, когда начинают давить административным ресурсом. Вон главврач из дому позвонила, в вестибюле, говорят, два генерала толкутся. Один старый, другой помоложе…
«Интересно, который из них муж нашей контуженной девицы? — мысленно хмыкнул доктор. — И что же произошло, если удар пришелся на темечко и затылок? Будто ее кто за ноги взял и об асфальт приложил.
Так упасть сама она точно не могла, — поморщился он, — но твердит, что упала. Стойкая жена командира. Хотя, если бытовое насилие, девчонку жалко. Красивая… — и, открыв дверь, увидел двух крепко сколоченных мужиков, напряженно уставившихся на него. — Кто же наш муж, девонька?» — снова поинтересовался про себя, а вслух устало осведомился:
— Родственники Кирсановой… — и не успел договорить, когда рядом оказался тот, что помоложе.
Высокий мускулистый человек с властным пронизывающим взглядом.
— Я ее муж, — рыкнул молодой генерал. — Что с Александрой Андреевной? Когда я могу ее увидеть? — засыпал он вопросами.
— У нее сотрясение и ушиб головного мозга в легкой степени. Как контузия, понимаете.
— Где ее так угораздило? — пробурчал генерал и раздраженно уставился на доктора.
«Можно подумать, это я ей по башке двинул», — с досадой подумал тот и заметил спокойно:
— Говорит, что упала на кладбище…
— А-а, — недовольно проревел Кирсанов и рассеянно потер затылок.
— Это мы вчера там в сугроб свалились. Я виноват…
«Хорошо хоть так, — снова подумал доктор, исподволь рассматривая мужа пациентки. — Этот один раз двинет и сразу на лифте к святому Петру отправит».
— Сколько вы ее тут продержите? — пробурчал Кирсанов, заходя в отделение.
— Не меньше двух недель в лучшем случае. У вашей жены маленькая внутричерепная гематома. Будем молиться, чтобы рассосалась.
