И он стоит в том углу.
Венера снова посмотрела на серебряные кольца.
Здесь чувствуется влияние сатаны, — подумала она. Эта мысль одновременно и пугала, и возбуждала ее.
Доминус? Дух, который служит моим целям. Было ли это очередным доказательством, что она сходит с ума? Или же это настоящая потусторонняя тварь, которая после смерти своего хозяина привязалась к ней?
Что все это значит? Ей казалось, что она знает. Этот дух — если он был настоящим, а ей он казался достаточно реальным, — теперь работал на нее, удовлетворяя ее потребности.
Потребность заполучить эту книгу и, следовательно, власть над зеркалом колдуна.
Да.
Она застегнула пуговицы и спустилась вниз, но не пошла на кухню. Она подошла к входной двери, где потянула за шнурок колокольчика, висевшего рядом с входом в каждой комнате. В башне прозвучал колокольный звон.
Через несколько секунд дверь открылась, и вошли Ивано и Раймондо — двое телохранителей, которые днем и ночью бродили по поместью, готовые в любой момент взяться за мечи. Ивано, худощавый и жилистый, с глазами, похожими на кусочки черного льда, потянулся рукой к кобуре с кремневым пистолетом.
— Ничего срочного, — сказала Венера. — Но есть кое-что важное. Ты, — она указала на Ивано, которого считала более способным, поскольку в апреле он убил пару наемных убийц, которым удалось перебраться через стену с помощью веревок, прикрепленных к крюкам, — иди в контору виноторговца Оттавио Менегетти. — Она назвала ему точный адрес. — Скажи ему, что мне нужна такая же карта, как та, что он давал своим посетителям.
Доберись туда как можно быстрее и так же быстро возвращайся. Иди.
Не говоря ни слова, двое мужчин удалились, закрыв за собой дверь.
Верхом на лошади Ивано смог бы добраться до парома за час, а затем вскоре и до Менегетти.
Венера отправилась на кухню, велела Кьяре поставить кофейник и две чашки на поднос, а затем поднялась по лестнице и прошла по коридору к двери комнаты брата. В огромной опочивальне с массивными картинами на стенах и роскошной мебелью из воловьей кожи Марс лежал обнаженный на смятых простынях своей позолоченной кровати с высоким, богато украшенным изголовьем.
"
"Венера поставила поднос на белый мраморный столик рядом с кроватью и подошла к окну, чтобы раздвинуть шторы и впустить в покои брата утренний солнечный свет.
— Просыпайся! — Она тронула его за плечо и потрясла, но он продолжал лежать неподвижно с приоткрытым ртом. Она, конечно, могла бы влить ему в рот немного горячего кофе. Это бы вполне помогло.
