Захрипев, тот выгнулся дугой, и казак, не раздумывая, разрубил ему горло. Подхватив еще одну пику, парень примерился, чтобы отвлечь еще одного бандита, но казаки справились и без него.
– Благодарствуй, – тяжело дыша, прохрипел Родомил, тяжело опираясь на рукоять сабли. – Кабы не ты, мне б не жить. Ловок был, нечисть. А я стар уже, чтобы так биться.
– Не на чем, – кивнул Беломир и, повысив голос, громко спросил: – Все живы?
– Все, – раздался в ответ чей-то голос. – Святослав крепко ранен, остальные только царапанные.
– Лукьян, глянь, – резко выпрямившись, приказал Родомил.
Понимая, что опытные бойцы разберутся без него, Беломир отправился собирать трофеи и ловить коней. Методично обходя своих противников, он проводил контроль кинжалом и не торопясь обыскивал тела. Только с конем второго бандита пришлось повозиться. Напуганное и слегка побитое животное боялось неизвестного человека и все время пыталось удрать. Но упавший на землю повод путался у него под копытами, не давай убежать.
Наконец, эта погоня была закончена.
Кое-как удержав коня, Беломир ласково погладил его по морде и, с грехом пополам успокоив, повел к своему цугу. Тем же самым занимались и остальные бойцы. Как говорится, что с бою взято, то свято. К тому же все трофеи имели свою цену, а иного серьезного заработка у казаков не имелось. Жили только тем, что получали с земли и добывали в бою. Понятно, что некоторые ватаги отправлялись на разбой сами. Что называется, бегали за зипунами, но это было не часто и не в этих местах.
Разобравшись с трофеями, казаки быстро перевязали всех раненых и, усевшись в седла, поехали дальше. Только тяжело раненного Святослава пришлось привязать к седлу, чтобы не упал от боли и потери крови. Иного выхода у ватаги не было. Жерди для носилок в степи срубить негде. Рядом с ранеными все время держались уцелевшие, и только Беломиру ввиду его молодости и ловкости было поручено ехать в авангарде. Родомил, помня про его арбалет, приказал зарядить оружие и держать ушки на макушке.
Но до станицы десяток добрался без приключений. Сдав всех раненых на руки близким, казаки распределили добычу и отправились по домам. Беломир, помня свое обещание, по пути к дому останавливался у первого же знакомого вдовьего подворья и отдавал хозяйкам добычу. Последнюю тушу он завез домой и, попросив Беляну затопить баню, принялся обихаживать коней. Работы ему прибавилось. К его тройке добавились три трофейные лошади, так что провозился он почти до сумерек.
