Теперь работаю с деловыми людьми, которые заинтересованы в том, чтобы сотрудничать в той же сфере…
— Почему! Ты! Нас! Бросил? — отделяя каждое слово, твердо спросил я, глядя ему в глаза. Сейчас я намеренно вел себя так, как и подобало возрасту. А сам понимал — он смотрел наперёд, при этом забывая про самое главное — про нас. Про то, что время-то шло.
— Сын, это сложно объяснить! — спокойно ответил отец. — Я не бросал. Такие обстоятельства. Нет, ты не подумай, я совсем не враг своей стране, ничего плохого не сделал.
Ничего не воровал, не продавал. Я говорю как есть, просто мне не все можно говорить. Я не был ни в каких колониях, не был в местах лишения свободы, если ты об этом подумал. М-м… В семьдесят шестом году меня, как перспективного специалиста, отправили за границу, далеко на север. Уехал я туда не сразу, пришлось поездить, чтобы решить организационные вопросы. В какой-то момент все чуть было не рухнуло. Но в итоге все получилось. Я рассчитывал, что как только проект будет закрыт, быстро приведу дела в порядок и вернусь к вам.
Но судьба решила иначе и все сильно затянулось.
— Ну и как, привел дела в порядок? — поинтересовался я.
— Да! — у него глаза заблестели и я сразу понял, что он так и не осознал, что именно натворил. — Теперь все хорошо. И я приехал не просто так, а за вами. Видел, какая машина внизу стоит?
Окна квартиры выходили на противоположную подъезду сторону, так что отсюда детище немецкого автопрома видно не было.
— Серебристая Ауди?
— Да. Нравится?
— Нет.
Терпеть не могу немецкие машины! — отрезал я, чем сбил его с толку."
"Отец посмотрел на меня растерянным взглядом. Он явно не на такой ответ рассчитывал.
— Максим, можно сказать, что я сейчас обеспеченный человек. У меня есть в квартира в ГДР. Ты можешь получить немецкое образование. Работать в Берлине. В отличии от СССР, там есть все, что нужно для комфортной жизни, все продается и выбор куда больше, чем здесь.
Я слушал его, смотрел и понимал — без толку ему что-то объяснять.
Да и на кой-черт мне эта Германия? Что я там буду делать, тем более, что скоро настанет период, когда там будут происходить не очень хорошие вещи. А может и не будут, история уже во многих вещах изменила свой ход. Правда, пока не глобальных… Война в Афганистане не в счет, там ещё ничего не ясно.
— Я не хочу никуда уезжать. Мне и здесь хорошо.
— Хорошо? Здесь?
— Да.
— Но… Ты наверное, меня не правильно понял. Это же…
— Я понял правильно. Нет, не интересно.