Вся перемазалась в крови, от девочки тянулась пуповина, на другом ее конце что-то болталось, страшное, непонятное, я в ужасе отошла от Светы, прижав к груди малышку. Была словно в обмороке, в голове билась одна мысль: как странно у нас получилось: у меня мертвая девочка, а у Светы живая, но сама Барабас скончалась.
Аня не помнила, как оказалась в камере, она заснула, а когда очнулась, сначала покормила хныкающую девочку, а потом призадумалась: что делать? Попроситься на допрос и рассказать о случайной подмене новорожденных? Но Панин почти уверился в том, что Аня тронулась умом, он вот-вот отправит ее под наблюдение психиатров, нельзя в такой ситуации обрести речь.
"
"И Королькова сохранила тайну. Из всех участников группы террористов осталась в живых лишь Аня. Владимир Олегович считал Королькову воровкой музейных ценностей, он никак не привязывал ее к Барабас. Акушерка, боясь взыскания, скрыла, что подследственные оказались в момент родов предоставлены самим себе.
Похоже, докторша сообразила, что живой младенец – ребенок Барабас, но смолчала, потому что не могла признаться в нарушении служебной инструкции. Анну осудят или, что вероятнее, отправят в психушку, ребенок попадет в дом малютки. Пусть уж девочка отправится в приют, как дочь воровки, а не как ребенок политических преступников. Может, ее жизнь от этого станет чуть лучше? Все-таки новорожденная была не совсем чужой Анне, она племянница Игоря.
После того как Аня попала в психиатрическую лечебницу, ее жизнь стала чуть легче.
Корольковой пришлось вытерпеть мучительный курс лечения, но все ж сумасшедший дом не тюрьма, Анна была не «политической», ее считали воровкой, но даже к тем, кто украл госсобственность, относились намного лояльнее, чем к диссидентам. У Корольковой появилась подруга среди медсестер, и вдова Игоря умудрилась не только выжить, но и выйти на свободу, в конце концов врачи признали ее неопасной.
Глава 34
Оказавшись на воле, Анна не потеряла бдительности, она понимала, что за ней могут присматривать, поэтому устроилась на скромную работу, получила сначала место в общежитии, потом десять метров в коммуналке, родила дочь Марину и зажила тихо, предпочитая лишний раз не высовываться.
Королькова знала, что Афанасия Константиновна жива и воспитывает дочь Юрия и Светы. Но встречаться со свекровью Аня не хотела, на то было несколько причин.
