Обещались прилететь на всех порах, дать не по ушам за то что звоню во время важного совещаний и за то, что я ему мелодию поменяла на телефоне… Не, а чем его Татар-дозор не устроил? Я ж не виновата, что у его начальника фамилия Татаринов… А начинал он работать в ДПС!
- Когда-нибудь он тебя убьёт, - натянув капюшон поглубже, вздохнула, отмечая что синяк на лице всё равно видно и скрыть его не получится. Остаётся только надеяться, что никто не обратит особого внимания.
А если и заметит, то лишних вопросов задавать не станет!
- Если доживёт до этого момента, - ласковая улыбка на лице Женьки обещала много интересных приключений моему вредному среднему братцу, если он не отстанет (а он не отстанет) от нашего обожаемого патологоанатома.
И сейчас я была как никогда согласна с Димычем, который на моё робкое предположение в далёкой юности о наличии романтических чувств между этой парочкой, подавился, закашлялся, перекрестился и выдал заветную фразу «Да не дай бог!».
- Любишь ты его, - вздохнула, засунув руки в карманы и выйдя из квартиры.
Женька выскочила следом, вновь засунув леденец в рот, и весело попрыгала вниз по ступенькам. Уже оттуда успешно проорав:
- Безме-е-ерно. И заметь, в кои-то веки это чувство непередаваемо взаимно!
Я тихо хохотнула, закрывая дверь и стараясь унять внезапную дрожь в руках. Держать себя в руках у меня получалось и даже неплохо, а вот скрыть волнение было куда проблематичнее. Но я верила, всем своим сердцем, что с неугомонным рыжиком ничего страшного не случилось, что с ней всё хорошо и что ей не пришлось пережить то, что выпало на мою долю.
Выйдя из подъезда, попала в ласковые, но крепкие и отчасти медвежьи объятия худосочного на вид Веньки. Брат пристально меня осмотрел, сощурился неодобрительно, ещё раз сжал в объятиях и, подхватив на руки, утащил в сторону своей машины. Спорить с Вениаминов в этом плане было совершенно бессмысленно и бесперспективно.
Брат решил, что меня понесёт, брат сделал своё чёрное дело под подлое хихиканье моей подруги и своего закадычного врага.
Которому любезно выделили переднее пассажирское и даже разрешили понажимать кнопки магнитолы, выбирая музыку. Чем Женька с удовольствием занялась, подбирая соответствующее музыкальное сопровождение. И кто бы сомневался, что с места мы тронемся под хриплый голос Тилля Линдеманна. Эта парочка могла спорить о чём угодно…
Но сердце что Веньки, что Женьки было навсегда отдано культовой немецкой рок-группе Rammstein.
