Глядя на стройные ряды колючек на собственном подоконнике, Олег и представить не мог, откуда они тут взялись. И если уж быть ну совсем честным, не хотел об этом даже вспоминать. У него в последнее время кактусы ассоциировались с одним определённым человеком…
Которого он не смог защитить. И от этого становилось так хреново, что впору продлить запой и продолжить разрушать собственный дом, в попытке избавиться от чувства вины и боли. Криво усмехнувшись, Верещагин всё же встал и медленно побрёл в сторону ванной.
Кто-то из парней вчера попытался ему посочувствовать на тему «что я прекрасно понимаю, каково тебе сейчас»…
Ему очень повезло, что рядом был Харлей, успевший перехватить Олега до того, как тот размазал бы кулаками эту фразу по лицу сочувствующего. Потому что лично брюнет мог поставить всё, что угодно на то, что никому из них не приходилось осознавать одну простую истину: твою любимую девушку избивали в твоём же клубе, в нескольких метрах от тебя, а ты ничего не сделал, что бы это остановить или предотвратить.
И хотя умом понимаешь, что ни фига не виноват и вообще, всё это просто чёртово совпадение… От этого ни хрена, мать твою, не легче."
"Сунув голову под ледяную воду, он закрыл глаза, пытаясь собраться и удержать всё ещё не утихшие гнев и боль под контролем. Он ненавидел собственное бессилие и хотел прямо сейчас отправиться к Эльзе. Но стоило вспомнить, каким диким, безумным взглядом она смотрела на всех, кто пытался к ней подойти, как она шугалась от попыток помочь и отталкивала чужие руки, как всякий энтузиазм отбивало напрочь.
Горько усмехнувшись, он выключил воду и, не высушив волосы, отправился на кухню. Там должны были остаться ещё сигареты и кофе. Можно, конечно, продолжить пить, но вряд ли кто-то оценит его самобичевание и одобрит то, что он топит собственные переживания в алкоголе. Да и разобраться, что за херня твориться в клубе не мешает, да…
Вспомнив вчерашний разговор со старшим братом Эльзы, Верещагин нахмурился, не обращая внимания на сдавившую виски головную боль.
Когда они обсуждали нападение до этого, их больше волновало, где были все и как этот сукин сын вообще в клуб попал. И никто из них не обратил внимание на такую крохотную, почти что незначительную деталь…
Не зная внутренней «кухни» подгадать удачный момент практически невозможно. А значит…
Тут Верещагин зло скрипнул зубами, вытянув сигарету из полупустой пачки и прикурив её.
