Наверное, именно по этой причине я не сопротивлялась, когда меня усадили на табурет, и даже не пыталась снять раздражающую повязку, что бы, наконец, оглядеться по сторонам.
Лишь когда на мои ладони положили что-то дрожащее, мягкое, пушистое и нежное на ощупь, я тихо ойкнула, машинально пройдясь пальцами по мелко подрагивающей спине небольшого зверька. И не выдержав, стянула ткань, во все глаза уставившись на маленького, активно шевелящего от страха усами кролика.
Даже зажмурилась на мгновение, а когда вновь открыла глаза, поняла, что мне не привиделось и на меня сейчас смотрит круглыми, блестящими, тёмными глазами бедный, самый настоящий кролик.
Огромные уши прижаты к телу, а на мордочки влажный чёрный нос, шевелится и настороженно принюхивается. Чёрная шкурка блестит и переливается в свете искусственного освещения, маленькие, но сильные задние лапы порой отбивают короткий, рваный ритм. И руки сами по себе, невзирая на ещё не отошедший от шока разум, тянуться пройтись в ласке по пухлым щекам, почесать и понежить чувствительные уши, добраться до мягкого, тёплого животика…
Не выдержав, тихо засмеялась, уткнувшись носом в приятно пахнущую чистым, ухоженным зверем шёрстку.
Потёрлась об неё щекой, продолжая почёсывать замершего кролика и чувствуя, как в груди разрастается тёплый, щемящий комочек нежности и детского, такого наивного восторга. И мне было плевать, что со стороны это выглядело как минимум странно: сидящая на низком табурете девушка в строгом, деловом костюме, уткнувшаяся лицом в маленького кролика и улыбающаяся, широко и счастливо.
Я просто и незатейливо наслаждалась этим моментом, вспоминая, как давно, кажется в другой жизни, мы с семьёй ходили в зоопарк и я, задержав дыхание от восторга, смотрела сквозь стекло на играющих белых медведей, на тигра и волка, на львов и павлинов…
И впервые мне не было грустно или больно. Я просто вспоминала те ощущения и добавляла к ним новые краски, почерпнутые из ощущений живого, настоящего кролика, пригревшегося на моих коленях.
- Нравится? – рядом присел на корточки Олег, потрепав придремавшего крола по ушам.
- А… Ага, - тихо откликнулась, с трудом сглотнув подступивший к горлу ком от переполняющих меня эмоций.
- А тут много чего интересного ещё есть, - широко улыбнулся Верещагин и, отдав подошедшей девушке в форменной жилетке зверька, помог мне встать и с видом знатока потащил за собой. – Идём, что покажу!
И ведь показал… Лисиц, смотревших на нас снисходительно, но всё же принявших угощение.
