И почему я невольно радуюсь тому факту, что Верещагин в этом не участвовал? Как и тому, что завтра ему предстоит быть парой для Арины, а не для меня?"
"- Больше не пью, - задумчиво выдала, созерцая потолок и прикрыла глаза, потерев переносицу – Не пью, с Рыжими не спорю и Рыжим не доверяю… Никогда!
В ответ где-то кто-то засмеялся, а я только вздохнула, понимая, что завтрашний… Точнее уже сегодняшний день, будет очень не простым. И это ещё мягко говоря!
Глава 8.
Осознание того, что предчувствие меня не обмануло, пришло ещё в самом начале приёма.
Когда нас вежливо, но настойчиво стали раз за разом тыкать, то в происхождение, то в собственную работу, то в положение, согласно которому мы совершенно не соответствуем собственным спутникам. Как оказалась милейшая женщина, бывшая лучшей подругой бабушки Михаила Александровича Алёхина, была добродушной и, собственно, милой только на словах.
На деле это была змея, готовая пожертвовать собственной жизнью, но насладиться нашим унижением.
Причём её не волновало, как это выглядит со стороны и в какое положение она ставит себя, собственным поведением фактически уровняв свою «скромную» персону с гопниками с ближайшего района.
Она просто и незатейливо наслаждалась тем, что раз за разом напоминала, откуда ж нас угораздило выйти. Впрочем, меня это не удивляло. Как и попытки задеть побольнее. Было, конечно, желание спокойным тоном поставить в известность перегибающую палку мадам о том, что мой отец, представитель так ненавистного ей рабочего класса, занимает очень интересную должность.
А один из братьев будет отнюдь не против устроить уже её бизнесу встряску посредством потока проверок.
Но ради Ани я терпела, вежливо отвечала на поставленные вопросы и периодически давила острым каблуком шпильки на ногу пытавшегося что-то рявкнуть Харлея. Это не первая попытка облить меня помоями всех сортов и видов, и вряд ли последняя. И разве я не Снежная Королева, что бы стойко, спокойно и невозмутимо это перенести?
Правда, я-то может и перенесла бы… Но нервы всё же не выдержали у Харлея, который хлопнул ладонью по столу, высказал всё, что он думает по этому поводу и вышел, галантно уведя меня за собой.
А стоило нам оказаться на улице, как рыжий байкер высказался ещё раз…
Но без поправок на цензуру и наличие рядом дамы. Правда, я на это внимания не обратила, прикрыв глаза и стараясь не думать о том, что где-то дома валяется подаренная Танькой бита.
