Книга Ледяное сердце не болит — читать онлайн бесплатно полностью

– Значит, ни имени, ни адреса мужика ты не знаешь, – резюмировал охранник, подцепляя из плоской баночки кусочек селедки в винном соусе. – А на что тебе тогда его внешность? Все равно не найдешь.

– А вдруг это мой знакомый? Или я его уже однажды видел? Вдруг по твоему описанию его узнаю? Ну, давай, Матвеич, не тяни. – И Дима наполнил высокие шкалики водкой."

"– Стоп. Перерыв, – отмел намечающуюся вторую охранник. – Вспоминать будем… Значит, записывай.

Дима достал блокнот и взял ручку на изготовку.

– Было это, значит, вчера с утра. Мужик роста невысокого. Не более ста семидесяти.

Дима занес данные в блокнот. Кивнул поощрительно:

– Уже хорошо. А как он выглядел?

– В шапке-ушанке он был.

– А лицо?

– В темных очках он был.

– В очках? А вчера в Москве солнечно было?

– Да-а, светило оно, блин, солнышко. Но не грело ни фуя.

– Значит, мужик, скорей всего, в редакцию на машине приехал?

– Почему это?!

– Ну, вел автомобиль в очках, чтобы солнце не слепило, а потом вышел из тачки, а очки забыл снять…

– Не! Не на машине он приехал, точно.

– Почему ты так решил, Матвеич?

– Такие люди на машинах не ездят.

– Такие – это какие?

– А пожмыханные.

– Какие?

– Ну, облезлые.

– Он что, облезлый был?

– Ага.

– А в чем эта облезлость проявлялась?

– Какая-то куртка… Выцветшая, что ли… Ботинки стоптанные… Не чищенные давно… Я, честно говоря, сразу подумал: придурок. С крышей не дружит…

– Па-анятно… Ценные сведения, Матвеич, даешь ты мне, зело вельми ценные…

Еще одно золотое журналистское правило: любой рассказчик нуждается в поощрении. Если он, конечно, дело рассказывает, а не шелуху какую-нибудь.

– А он спросил, как найти меня? – продолжил допрос Дима. – Хотел со мной лично встретиться? Или сразу конверт передал?

– Спросил, работает ли у нас журналист Полуянов. Я сказал, да. Он говорит: «Тогда пакет ему передайте». Я спрашиваю: «Чего там?» А он: «Просто рукопись». Ну, и все. А потом бочком, бочком, и к двери… Ах, елки-моталки, уха-то!..

Охранник опомнился, вскочил, бросился к бурлящей кастрюле.