Я еще попросил специальный чехол к нему сделать — деревянный ящик.
— Я сейчас! — Ленайра сорвалась с места и рванула к себе в комнату, но у лестницы остановилась. — Ребята, идите пока в подвал, я скоро подойду. Юрий Петрович…
— Конечно, подойду, куда ж я денусь, — усмехнулся он.
Девушка появилась через три минуты, когда все уже стояли вокруг одного из столов, на котором лежал красиво разукрашенный полированный ящик. Ребята видели, как девушке хотелось поскорее открыть его, и каким усилием воли она сдержалась. С усилием водрузила звякнувший мешок на стол и принялась доставать из него бруски золота.
— Вот, шесть килограмм. Тут последняя оплата за товар и в счет будущего заказа.
Юрий Петрович кивнул и быстро убрал золото в небольшой чемодан.
— Чувствую себя мошенником, — с усмешкой пожаловался он. — Снежана, ты уверена, что не хочешь пересмотреть цены? Ты покупаешь у меня алюминий по цене в три раза выше рыночной.
Девушка только рукой махнула.
— Юрий Петрович, о чем разговор? У нас алюминий, или рунное серебро, как его называют дома, стоит в три раза больше золота.
Поверьте, ваша цена для меня вполне приемлема. И не переживайте, вы не бусы индейцам продаете. Вы даже не представляете, что способна сделать магия из этого металла.
— Ну ладно, — сдался он. — Концентратор смотреть свой будешь?
— Потом, — с явным усилием отозвалась девушка. — Сначала остальной заказ.
— Хорошо. Как скажешь.
Юрий Петрович придвинул один из ящиков к столу, открыл его и стал доставать предметы.
— Перчатки кожаные как ты и заказывала.
Без пальцев и с алюминиевыми шипами на костяшках. На каждом шипе гравировка непонятной финтифлюшки.
— Это руна, папа, — буркнул Леша.
— Я и говорю непонятная финтифлюшка. Еще там алюминиевая полоса поперек ладони, застежка, алюминиевая пластина с обратной стороны запястья. Все в финтифлюшках.
— В рунах.
— Сын, для меня что руны, что финтифлюшки… позволь уж их называть так, как привык.
Ленайра, тем временем, уже натянула на себя перчатки и внимательно рассматривали их.
Пальцев действительно не было, как на спортивных перчатках, только вот шипы на костяшках делали их скорее кастетом, чем спортивным инвентарем.
Девушка разжала кулак и изучила тонкую пластину, идущую поперек ладони, всю исписанную рунами, еще одна пластина полуохватывала кисть с внешней стороны. И тоже исписанную рунами.
— И что они делают? — заинтересовался Колька.
Ленайра стянула одну перчатку и кинула ему.
— Ты же помнишь руны? Тут нет ничего сложного.
