— Сколько бы ошибок можно было избежать… как же сейчас не хватает его опыта… никогда себе не прощу!
Лешка каким-то шестым чувством сообразил, что нужно делать. Осторожно прилег рядом с Ленйраой и обнял ее, прижав к себе. Девушка всхлипнула и вдруг спрятала лицо у него на плече.
— Какой-же ты дурак, Лешка!!! Как же ты не понимаешь, что ты мне нужен такой, какой есть! Именно ты даешь мне силы двигаться дальше. Не было бы тебя, я давно бы сдалась… какое еще доказательство твоей нужности тебе еще нужно?!
— Э… — от таких вопросов Лешка совсем растерялся.
— До сегодняшнего дня ему даже в голову не приходило, что Ленайра понимает его состояние и переживает не меньше его.
— Мне просто хочется защитить тебя… Ты и так уже много всего пережила…
— А мне совершенно не хочется больше терять близких людей… Леш… давай договоримся, что отныне будем больше полагаться друг на друга? Я понимаю тебя… но и ты пойми. Я ведь не от недоверия к вам все пыталась делать сама… да и не ожидала я, что на меня все это свалится… Дед… дед был еще крепкий… я наделась, что лет десять у нас с тобой еще есть и мы успеем… эх…
Дальше они просто лежали молча.
Наконец Ленайра зашевелилась и села.
— Надо бы снова проверить как там Гром, — пояснила она. — Хотя если у противника есть хоть один маг, вряд ли что замечу, — в конце концов признала она.
— Как так? Ведь эти два отряда ты быстро засекла.
— Ты не путай тех, кто двигается и тех, кто прячется. В последнем случае маскировка магией почти рефлекс, а Гром еще недостаточно опытный, чтобы обнаруживать такое.
Вот подрастет, наберется опыта и лет через пять…Но что сейчас говорить. Только глазами, а зрение у воронов весьма… специфическое, к нему тоже привыкнуть надо.
Ленайра честно пыталась что-то там разглядеть глазами своего ворона, но, видно, вымоталась за прошедшие дни настолько, что сама не заметила как ее голова сначала склонилась вперед, а потом она и сама завалилась. Скорее всего рухнула бы на стенку палатки и завалила бы ее, если бы Лешка аккуратно не подхватил девушку и осторожно не уложил на покрывало, укрыв ее одеялом.
Сам пристроился рядом, некоторое время глядя на бледное лицо девушки, но и сам не заметил, как уснул.
Утром выяснилось, что никаких тревог не было и по дороге никто не проезжал ни в ту, ни в другую сторону. Дорога здесь хоть и не самая плохая, но и далеко не имперский тракт, телеги могли ездить только в сухую погоду. Зимой тут только верхом проехать можно. Вот и не шастали сейчас тут посторонние.
