— Ух, какая у меня жена хозяйственная. Первое понимаю, как сделать, с грядками также разберёмся, — начал было муж и замолчал, словно задумался.
— А с чем, собственно, затык? С амбаром?
— Да, с ним, досок мало, это занятие трудоёмкое. Мне ещё надо отчёт подробный сделать и отправить в город описание ущерба от пожара. Но возмещение очень нескоро произойдёт. Строиться надо сейчас, а мы во всём опоздали, лес покупают с осени, пилить его небыстро, сушить и того дольше. Нам никто в этом году материалы не продаст.
Федот поддакивает. А я прокручиваю в уме ту самую неприятную мысль, какую уже предчувствовала, но не могла сформулировать. Породистых, дорогих коней мне ставить некуда. Это четверо обычных гнедых, могут и в сарае стоять. А Фрейя и Изумруд совершенно иной стати. Им королевский уход нужен. И за этот год продать моих коней не имею права, княгиня не позволит.
Мы задумались, но Даниил не просто так начал эту тему, он улыбнулся, глядя на меня и продолжил:
— У тебя есть лесопилка, и мачтовый лес.
Это огромные деньги. Продавать мы их не можем, сдавать не хочется, а оживить бы эту артель, так мы бы сразу вылезли из дыры бедности.
Федот, успевший принять пару рюмок ароматной настойки, усердно закивал.
— Тогда после того, как запустим в работу первую партию леденцов, обязательно наведаемся на лесопилку. А с конями у меня вот такой вопрос, что, если их сдать в аренду Марку Тимофеевичу? Он человек вроде нормальный, опытный и животных любит.
Ведь из нас коннозаводчики-то так себе. Вы же видели, как его конь сияет здоровьем и красотой. Договор составим, и…
На меня так уставились все, что я смутилась и замолчала.
Кажется, я сейчас выгляжу предательницей, преступницей и вообще гадкой девчонкой.
— Ты же их обожаешь! Эти кони для тебя всё! — как-то очень неуверенно прошептал Петрович.
Пришлось сделать скорбное лицо, жаль, не получилось заплакать, но я очень старалась.
— Я же сказала, что повзрослела, и вполне ясно отдаю себе отчёт, что для коз, или для кур и пяти поросят загон мы сделаем очень быстро, простым коням тоже сколотим убежище.
Но Изумруд и Фрея — элита, они ценный генофонд, если я продолжу упорствовать, то они потеряют остатки лоска, и превратятся в рабочих обычных коней. Я не хочу для них такой участи. Сегодня поняла, когда увидела Изумруда в руках деревенских людей. Не могу так с ними поступить. Они звёзды и должны сиять.
