— Пшли прочь! Дурни! Иначе хлыстом вас! Чтоб вам ни одна баба не давала! Ну! Сучьи отродья! — за нашими спинами прогремел раскатистый голос и снова свист хлыста, а потом визг."
"— У-и-и-и! Ай! Ты чаво, дядька, хлыстом-то! Ещё и проклятья!
— Того, щенки! Пшли к мамке, пока не выпорол! — ещё более страшно прогремел незнакомец и, наконец, догнал наш обоз.
И тут же выдал:
— М-да. Кикимора и есть, эт как вас в болотину-то угораздило влететь? — он осмотрел меня, а я успела отвернуться, не хочу слушать оскорбления от незнакомца.
— А вы, собственно, кто будете? — спросил мой «дядя Федот» не останавливаясь.
— Так, новый управляющий, Даниил Петрович Ланской, имение Цветковых вот-вот переходит в собственность князей Дюжевых. Приехал пораньше, чтобы провести опись владений… И если это, та самая Офелия Андреевна, то и помочь съехать, как оно положено по закону.
Ничего не понимаю, медленно оттолкнулась от шеи Фрейи, выпрямилась и, с трудом осознавая происходящий бред, уточнила:
— А кто такая Офелия, вы ко мне-то с какого перепуга прицепились? Езжайте своей дорогой и по закону делайте что хотите, только не орите мне в ухо, пожалуйста, голова болит.
— По закону о бастардах, после смерти старого графа Цветкова, усадьба переходит во владения ближайшего род…
— Мужчина, отцепитесь, а! Мне дела нет до этого вашего закона, ищите свою Офелию и ей эти гадости бубните, не смею задерживать.
— Вот те раз, госпожа, вы в своём ли уме? Ведь Офелия — это вы! Ну, это, давеча, накануне были…
Федот испуганно взглянул на меня, потом на незнакомца и многозначительно покрутил у виска, намекая на мою полную несостоятельность:
«Офелия и есть!», — прошептал новый «управляющий», намекая на свой широкий кругозор, тоже мне, Гамлет нашёлся…
Глава 2
Что происходит?
Проехать пришлось довольно долго.
Платье на свежем ветру постепенно превращается в «кору». Хочется пить, есть, но больше всего хочется понять какого чёрта происходит.
Этот острый вопрос зреет в сознании с первой секунды, как только я открыла глаза.
Но хоть убейте, ничего не понимаю. С одной стороны, чёткое осознание себя взрослой тёткой, матерью трёх сыновей-ипотечников. И посему беспощадно работающей на приусадебном хозяйстве, чтобы хоть как-то прокормить три семьи, помочь детям в непростую годину. С другой стороны, всё вот это, болото и я, какая-то совершенно иная.
Тайком взглянула на свою грязную руку, и сердце сжалось от ужаса.
«Я померла, а мои органы пересадили этой девочке.
