Но едва только кавалькада замедлилась у базарных ворот, как проезжавшая мимо пролетка остановилась, и из нее послышался возмущенный девичий голос:
– Князь, что вы себе позволяете?!
– Рад вас видеть, Екатерина Павловна, – повернувшись, коротко поклонился Руслан. – Позвольте спросить, чем это я вас так прогневал?
– Как это чем? Исчезли и носа не показываете. Я уж не знала, что и думать, – продолжала возмущаться девица, воинственно размахивая веером.
– Осмелюсь напомнить, сударыня, что я являюсь офицером контрразведки, и служба моя требует самых разных вещей.
В том числе и срочного отъезда без права ставить в известность людей, не имеющих отношения к делу. О том вы можете удостовериться у своего папеньки, – жестко осадил ее Шатун.
Услышав эту отповедь и заметив его разом посуровевшее лицо, Катерина осеклась и, заметно смутившись, спросила, понизив голос:
– Так вы уезжали из города? И когда же вернулись?
– Вчера вечером.
– А сегодня первым делом на базар, – не смогла промолчать Катерина.
– Первым делом я был на службе. Докладывал о делах. А уж после приехал сюда, чтобы прикупить гостинцев перед посещением некой особы. Ходить в гости с пустыми руками это моветон, сударыня, – так же тихо отозвался парень.
– И когда вы собирались посетить нас? – еще больше смутившись, поинтересовалась девушка.
– Сегодня же, во второй половине дня. Когда папенька ваш будет отдыхать после лечения, – спокойно ответил Руслан, прекрасно знавший распорядок дня полковника Вяземского.
– Ну вот. Я, как всегда, поспешила, – грустно вздохнула Катерина.
– Просто вы привыкли к тому, что все знакомые вам офицеры это люди, несущие службу в мирной обстановке. А здесь всегда война. Даже когда страна не воюет, в этих местах без драк не обходится. К тому же я еще и контрразведчик. А у нас отдыха не бывает, сударыня, – пояснил Шатун, подавая ей руку. – Куда вы ехали, Екатерина Павловна?
– Сюда и ехала. На базар, – сварливо отозвалась девчонка, выбираясь из пролетки.
– А почему вы одна? – удивился Шатун. – Где ваши слуги?
– Да ну их. Надоели, – отмахнулась Катерина. – Хотелось одной побыть. А тут вы.
– Простите, что нарушил ваши планы, сударыня, но для одиночества базар странный выбор, – иронично хмыкнул Шатун.
– Князь, не сердитесь, – вдруг тихо попросила девушка. – Я повела себя глупо, признаю. Но я беспокоилась о вас, и это меня извиняет.
