– Я дал слово, господин подполковник, – пожал Руслан плечами. – А я никогда не обещаю того, чего не могу исполнить.
– Сколько ж вы пороху сожгли, чтобы научиться так стрелять? – изумленно спросил полицейский.
– Не считал, – отмахнулся Шатун. – К тому же науке воинской меня специально обучали. Большего, уж простите, сказать не могу.
– Понимаю, – быстро кивнул подполковник. – Скажите, князь. Вы ведь были в Краснодаре, когда убили губернского полицмейстера?
– Да. Гостил в доме князя Тарханова, когда все случилось, – спокойно кивнул Шатун.
– Но к чему этот вопрос?
– Да просто я никак понять не могу, как так получилось, что убийца сумел выстрелить и сбежать раньше, чем его кто-то успел приметить, – задумчиво протянул подполковник.
– А чего тут удивительного? – не понял Руслан. – Случилось все вечером. Когда порядочные люди уже дома, готовятся ко сну отойти. Насколько мне известно, и полицмейстер ваш тоже в собственной спальне убит был.
– Что верно, то верно, – все так же задумчиво кивнул полицейский. – А вам разве не поручали по вашей линии это дело расследовать?
– Мне? С чего бы? Дело случилось в Краснодаре, а я тут служу.
Там и свои мастера имеются, – быстренько отмазался он от такой чести. – Но я не очень понимаю сути ваших вопросов.
– Все просто, князь, – бледно улыбнулся подполковник. – Вас называют лучшим в вашей службе. По всей губернии остальным в пример ставят. Вот я решил воспользоваться оказией, чтобы посоветоваться с толковым человеком.
– Увы, господин подполковник, я ничем вам помочь не могу.
Ведь ни на месте преступления, ни в доме я не был, и даже тела не видел, – развел Шатун руками.
– А зачем вам тело? – не понял полицейский.
– По характеру ранения можно многое понять, если тело не трогали с места, после того как оно упало. Неужели вам ничего такого не говорили? Да и сама пуля может многое сказать об оружии, из которого ее выпустили.
– Ну, с пулей все просто, – отмахнулся полицейский, проигнорировав его ехидный вопрос. – Обычная, свинцовая, выпущена из нарезного штуцера.
Сам же штуцер подобрали на улице. Странно, что убийца бросил такое доброе оружие.
– Штуцер – это примета. Мало кто станет ходить по городу с ружьем, да еще и среди ночи. Даже если скажет, что боится быть ограбленным, это все одно будет странно. Ведь в городе гораздо удобнее пользоваться пистолетами.
– А ведь вы правы, – подумав, кивнул подполковник. – Но как он ушел?
– Кто? Стрелок? – удивился Руслан. – А чего бы ему не уйти? В лицо его никто не видел.
