– «Тупой» – это слово для качка, который жрет ложкой протеин, чередуя его с детской кашкой «Малыш», – сказала ведьма негромко, тем шепотом, которого понимающие люди боятся больше, чем крика. – Мой Эссиорх не такой. В одной выхлопной трубе его мотоцикла больше ума, чем будет у тебя когда-либо. Поняла?
Ната случайно посмотрела в глаза ведьмы – в белые глаза с исчезнувшими от ярости зрачками – и лицо у нее стало пепельным.
– По-по-по... – промычала она непослушными губами.
– Это хорошо, что по-по-по... А то был бы тру-тру-труп! – проворчала Улита, остывая.
– В общем мне совсем не нравится это сообщение. В магическом мире не так часто происходят убийства, особенно когда убивают сразу троих, – добавила она.
– И особенноу Чумного Кладбища на Лысой Горе, – произнес кто-то.
На верхней ступеньке лестницы, ведущей с первого этажа, сидел Арей. Никто не заметил, когда он появился. Во рту у мечника была веточка кипариса. Меф знал, что весной мечник переносится в горы и подолгу сидит там, прислонившись спиной к скале и думая неизвестно о чем.
Весна тревожила и его, возвращала воспоминания.
Меф внимательно посмотрел на барона мрака. Тот определенно слышал обо всем не впервые.
– Вы уже знали обо всем, да? – спросил Меф.
Арей кивком подтвердил, что да, знал.
– Да. Это я заставил Улиту прочитать заметку. Мне интересна была ее реакция.
– Никто меня не заставлял! Я прочитала сама, – обиделась ведьма.
Движением губ Арей перегнал веточку в другой угол рта.
– Ну разумеется.
И желание взять журнальчик у тебя возникло тоже само, – сказал он.
Улита обиженно замолчала.
– Из Канцелярии мрака никаких депеш не поступало. Я специально проверил. Обычная брехливая писанина. Только кожу зря переводят. Если бы не болтливые маги с их журнальчиками, мы бы вообще ничего не узнали.
– Я думал, на Лысой Горе у нас есть информаторы, – сказал Меф. Ему не раз приходилось получать от них бумаги и отправлять ответы.
Арей обмотал вокруг пальца и оторвал от рукава распустившуюся нитку.
Кажется, в данный момент его интересовал только его рукав.
– Этому камзолу всего два века, а нитки уже рвутся. Жаль, что нельзя казнить портного... А информаторов, боюсь, придется заводить новых.
– А куда подевались старые?
– По странному стечению обстоятельств, все три наших информатора оказались ночью у заброшенного Чумного Кладбища. Ума не приложу, зачем. Версия, что они решили накопать мертвяков на ужин, кажется мне малоубедительной.
