Дела худо-бедно разгреблись и без них. Снаружи у стены носами в сетку стояли наказанные комиссионеры. Их было около двухсот и все они, шмыгая носами, хором ныли: «Евгений Петрович! Мы больше не будем!» Даф хихикнула.
– Ты понял, Меф, кто такой Евгений Петрович?
– Не-а.
– Мошкин. Я же говорила: можно не спешить, – сказала она.
– Что Мошкин?
– Он не стал никого пороть, а просто наказал всех разом. А Улита опасалась, что он не справится, – сказала она.
Так как комиссионеры стояли снаружи сетки, охранная магия резиденции их не скрывала, и у прохожих они вызывали недоумение.
Многие останавливались и начинали интересоваться, что это: акция протеста, но тогда против чего? Рекламу снимают?
Примазавшийся к наказанным комиссионерам Тухломоша и здесь не сплоховал. Он суетился, бегал между прохожими, расставлял самых любознательных между ноющими комиссионерами, прикидываясь дурачком, заставлял повторять формулу отречения и за короткое время прибрал к рукам около десятка эйдосов.
– Пошли отсюда! Здесь воняет: с одной стороны глупостью, а с другой стороны подлостью, – сказала Даф.
Она терпеть не могла оба этих запаха. Мефодий с Дафной нырнули под сетку и, опознанные охранной руной, вступили в резиденцию мрака. Улиты на первом этаже не было, и они сразу поднялись на второй. Даф успела как раз вовремя. Ната уже заносила скрученную трубкой газету, собираясь прикончить чудом залетевшую в здание муху.
– Не трогай! – закричала с лестницы Даф.
Видя, что Вихрова не остановится, а добежать она не успевает, Даф схватилась за флейту.
Штопорная маголодия оторвалась от флейты одновременно с тем, как опустилась газета. Мгновение – и в кирпичной кладке справа от окна возникло круглое отверстие размером с мяч для слоновьего футбола.
Муха, целая и невредимая, вылетела в дыру. Ната тупо уставилась на свою руку. Газета в ее ладони догорала. Собственно, газета и была мишенью Даф. Все остальное произошло само собой. Маголодии не умеют притормаживать, встретив первую цель.
– Ой! Я не хотела! Это была первая муха в этом году.
Такая медлительная, такая неуклюжая. И как у тебя на нее рука поднялась? – сказала Даф с укором.
Меф подошел к дыре и, просунув голову, выглянул наружу. Осколки кирпича пробили окружавшую дом строительную сетку. Собравшаяся под окнами толпа (за вычетом комиссионеров, понятное дело) недоумевала, не понимая, что это было. Защитная магия пятого измерения превратила летевшие осколки в ничто, распылив их и сделав безопасными, но звук все же был слышен.
