– Юра!
Но он уже не слышал, благополучно скрывшись за дверью, ведущей на широкий балкон.
Перевела взгляд с прозрачных окон на маму и сестру, сидящих напротив. Их сосредоточенные на моем лице взгляды не сулили для меня ничего хорошего. Меня, либо раскусили, либо сейчас начну изощренно пытать, желая докопаться до истины. Даже под ногтями заныло, словно мне вот-вот загонят под них иголки.
Глава 22
Загнанный в угол зверь. Хотя, о чем это я? Брошенный в клетку попугайчик – вот, кто я.
Сидя напротив двух своих самых близких родственниц, чувствовала себя как перед гильотиной.
Без надежного плеча Лаврушки рядом оставалось только повторять себе, как попугай, что всё нормально, контору не спалили, шея останется нетронутой.
– И давно вы с ним? – спросила Света. Оперлась локтями о поверхность стола и подалась немного вперед, угрожающе сузив глаза.
Картина: Шунька на допросе. Не хватало только лампы, слепящей мои ясные очи.
– С кем? – выгнула бровь и повторила её позу. – Со здравым смыслом? С чувством собственного достоинства? С рождения, в общем-то.
– С Андреем, – сестра выдохнула так, словно разговаривала с идиоткой.
Эй! Здесь я старшая сестра! И это мне полагается столь снисходительно вздыхать.
– С нового года, – произнесла я спокойно и откинулась на спинку стула, скрестив руки под грудью. Вербально дала понять, что мне этот разговор неинтересен и я могу замкнуться и попросту не отвечать на её вопросы. – А что?
– Просто… – почесала она висок. – Он такой мужлан. Я думала, ты станешь встречаться с кем-то из своего мира.
Из ученых, лаборантов или что-то в этом духе."
"– В чем проблема, Света? – сама того не желая, стала говорить жестче. В данный момент мне стало обидно за Лаврушку. – Да, он не из науки, но далеко не дурак. Наличие мышц – не синоним отсутствия мозгов.
– Я просто хотела сказать, что… – замялась Света, бегая глазами по столу, словно могла найти там подсказку и нужные слова.
– Ты хотела сказать, что такой зубрилке, как мне, нужен пай-мальчик в растянутом свитере и в очках с толстыми линзами и оправой в пол лица? Слушай, сестренка, – теперь настала моя очередь снисходительно вздыхать.
– Я не берусь оценивать, насколько хорош и подходит тебе Тимофей, потому что ты его привела в дом сама и никто тебе не навязывал этот выбор. Твой выбор, заметь. И я его уважаю. Молча. Хотя мне тоже есть, что сказать, но я не имею привычки лезть в чужие отношения, даже если это отношения моей сестры. Повторюсь: ты его привела в родительский дом сама.
