Потому что свой рассудок я потеряла еще при первом касании наших губ. – Мы пожалеем…
– Подумаем об этом потом, – рваный шепот задел внутренние струны, заставляя мелко дрожать.
Андрей аккуратно снял с меня очки и положил их на журнальный столик рядом с нами. Обхватил лицо теплыми ладонями и взглядом, полным нежности, заглянул в глаза. В один момент преодолел, и без того, ничтожное расстояние между нами и с жадностью напал на губы, скользнув по ним языком. С готовностью приоткрыла рот и не смогла сдержать тихий стон, когда оказалась опрокинутой на спину.
Приятная тяжесть мужского тела сводила с ума. Кровь шумела в ушах, вытесняя любые другие звуки, не связанные с нами. Пальцы сами потянулись к его шее, запутались в мягких волосах, царапая затылок.
С каждым вдохом поцелуи становились все откровеннее. Тела всё теснее льнули друг к другу, наплевав на приличия. С этого момента мы перестали быть просто друзьями и точно не станем ими снова, но Андрей прав – об этом мы подумаем потом. В данный момент в его объятиях, вспыхивая от каждого прикосновения, я не хочу думать ни о чем.
Я хочу утонуть в той буре чувств, что, оказывается, так долго таилась во мне и, наконец, получила свободу.
Глава 35
Такой амёбушкой, как сейчас, я не чувствовала себя никогда. Распластавшись на мужской груди, я была не в силах делать что-либо, кроме как пытаться отдышаться. Ни единой мысли в голове, ни единого движения в теле. Только глубокое и частое дыхание с закрытыми глазами.
Прямо под щекой, скрытое грудной клеткой, бешено бьющееся сердце того, кто снова оставил меня без сил.
– Кажется, я опять, – прогудела под ухом грудь.
– Лавруш, – взмолилась, зажмурившись. – Помнишь, два раза назад у меня нога отнялась?
– Угу.
– Я до сих пор ее не чувствую. Пощади.
– Так мне и не нужны твои ноги. Я их всё равно в стороны раскидываю.
– Андрей! – не сильно стукнула его кулаком.
Снова прикрыла глаза, чувствуя, как мелко сотрясается от смеха широкая грудь.
Кольцо рук мягко сомкнулось на моей обнаженной спине.
Губы оставили невесомый след на лбу, приближаясь к кончику носу.
– Кажется, у нас проблема, – пробубнила я, подставляя свои губы для поцелуя.
– Я тоже так считаю. Двадцать минут без слияния тел – это серьёзная проблема.
– Попридержи… коня, Андрюш, – рассмеялась и потерлась носом о его подбородок. – Сейчас покажешь мне все, что умеешь, а потом и впечатлять нечем будет.
– Ну, во-первых, это было только пять процентов того, что я умею, – начал он самоуверенно.
