– Х-хорошо, – ответил он, заикнувшись.
– Девчонки, – ржал Лавров. – У вас такая долгая подготовка, будто вы ждете, когда мы отвернемся, чтобы сесть на эти бутылки. Я заинтригован, вообще-то.
– Ну, тебя! – шлепнула его по плечу. – Вот что мы умеем.
Поднесли бутылки ко ртам и зубами открыли крышки, с гордостью глядя на мужчин, с лиц которых слетели улыбки.
– Тим? – робко спросила Света, выплюнув в ладонь крышку. – Всё нормально? Ты всё еще хочешь на мне жениться?
– Я готов ехать в загс хоть сейчас, – произнес он восхищенно.
– И я, – поддержал его Андрей.
Глава 33
– О! А помнишь, как мы на этой горке изорвали новые джинсовые костюмы? – сестра висела на моем локте, пока мы ходили по всем памятным местам нашего района.
Парня шли позади нас и тоже о чем-то переговаривались, но делали это гораздо тише моей эмоциональной сестры. Вообще-то, она тоже довольна-таки сдержанная при общении, но бывают моменты, когда в ней включается эмоциональная итальянка, которая не жалеет не только слов, но и жестов.
Как сейчас, например. Мне приходилось уклоняться от ее рук, чтобы в один из моментов не остаться без очков, которые она могла бы смахнуть одним движением руки.
– Конечно, я помню эту горку, – ностальгически взглянула на старую пошарпанную металлическую горку. Еще лет пятнадцать назад она была новенькой только-только установленной и пахла краской. Сейчас же она стояла в стороне от новой детской площадки, но всё так же в том месте, где заканчивался спуск, была ямка.
То есть дети скатывались с горки прямо в ямку. И мы со Светкой, чтобы далекие пятнадцать лет не испачкаться в той ямке, придумали скатываться с одного края горки, об который и цеплялись новыми джинсами. В итоге, купленные еще утром костюмчики к вечеру стали драными тряпками, потому что когда порвались джинсы и металл горки стал ощутим одним местом, мы повязали курточки на пояс и скатывались на них до тех пор, пока не порвали и их.
– Мне кажется, у меня до сих пор ноги болят после того великого стояния в углу, – смеялась Светка.
– А у меня глаза. Я тогда до полуночи читала Тургенева, а потом пересказывала родителям.
– Хорошо, что я тогда еще читать не умела. До десяти постояла и спать легла.
– Вот-вот! – погрозила ей пальцем. – А я за двоих отдувалась и еще за того парня.
– Какого парня? – нахмурилась Света.
– Любого!
Сестренка рассмеялась, повисла на моем плече и поправила гриву пышных волос, привычно пропуская их между пальцами.
