– А она потом будет править государством?
– Нет, ее вообще-то в монастырь сошлют.
– Вот черт… Тогда я лучше кого-нибудь другого сыграю, – тут же заявила Поветруля.
– С остальными ролями мы почти определились. – Олег начал разглядывать собравшихся в зале. – Зверев, ты будешь играть Меншикова.
– Что?! – вскочил Тимофей. – Но я думал…
– А что, думаешь, не сыграешь? – с нажимом спросил Олег.
– Неохота просто, – замялся Тимофей. – Это же петь придется и танцевать, а я не большой любитель кривляться на сцене.
– Никаких отговорок! Кстати, участникам спектакля обещают пятерки за четверть по литературе.
– Ого! – выдохнула Луиза. – Кому-то повезло! За пятерку в четверти Тимофей был готов на все. Литература всегда шла у него с трудом. Читать он любил, но вот писать сочинения…
– Мы только Бровкина не нашли, – добавил Олег. – Напряженка у вас с мальчиками. Поэтому решили, что эту роль будет играть переодетая девушка.
– А точнее, я! – подняла руку Лиза.
Ребята снова засмеялись.
– Ради искусства я готова на любые жертвы, – заулыбалась Лиза.
– Даже наклею себе усы и бороду.
– Хорошо. Кто будет играть Анхен? – спросил Олег. – Это немецкая девица, которая крутила роман с юным Петром.
– Можно мне? – снова вскочила Поветруля, отпихнув Антона так, что он едва не рухнул с кресла. – А она потом станет царицей?
– Нет, у него будет жена по имени Евдокия.
– Значит, я хочу сыграть ее! – не сдавалась Милана.
– А ее потом тоже в монастырь сошлют… – ухмыльнулся Олег.
– Да что же такое-то?! – раздраженно воскликнула Поветруля. – Странная жизнь тогда была у женщин на Руси. Чуть что – сразу в монастырь!
– А тебя вообще в Сибирь сослали бы, – сказала ей Женя. – Или на рудники.
Милана возмущенно зыркнула на нее, а в зале все рассмеялись.
– Судя по твоему костюму, ты сама только что с рудника! – заявила она Жене. – Это у тебя сумка в руках или мешок от пылесоса?
– Зато на тебе сегодня отличная блузочка, – смерила ее взглядом Женя. – Так гармонирует с цветом твоих розовых глаз!
– На твоем месте, Степанова, я бы вообще рот не открывала! – злобно бросила Поветруля.
– В театр она полезла, смотрите-ка! Сиди и строчи свои заметки, которые потом никто не читает. На большее ты все равно не способна!
– Зря стараешься, я в своей привлекательности уверена! А ты лучше ложись обратно на Седачева, – посоветовала ей Женя. – А то он, кажется, заскучал.
Милана позеленела от злости, а Антон тихонько хохотнул.
